— Он с ума сошел? Останови этого бабника! После мужа тирана ей только такого счастья не хватало! Пусть не лезет в это дело!

— Он уже влез и его послали, — усмехнулся Чех.

— Теперь залечивает душевные раны, топится в коньяке?

— Это мне неизвестно. Я подумаю, что можно сделать. А ты наслаждайся отдыхом.

— Спасибо. — закончив разговор, я постоял еще немного во дворе. Надо бы позвонить Гризли и предупредить, чтобы не совался больше к жене Степана. Белла мне не простит, если Мила будет несчастлива. Я его интерес еще на свадьбе заметил, но не думал, что он зайдет так далеко. С другой стороны у Чеха и так много проблем, а Люде встряска не помешает. От Степы он ее избавит, а там посмотрим. Гризли не создан для семейной жизни, думаю, после брака с Левиным Миле это и не надо.

Вернувшись в дом, я умыкнул жену в спальню.

— Что сказал Степа? — Белла тревожно ожидала ответ.

— Ничего. Говорил я, а он слушал. Белл, не переживай, пока нас нет, за Людой присмотрят мои друзья. — в подробности я вдаваться не стал.

— Да, я их попросил. — ей не стоит знать, что Макса ни о чем подобном я не просил. Зачем зря волновать. Будем надеяться, он не наломает дров за время моего отсутствия. Все-таки нужно будет позвонить и поговорить с ним. — Не переживай, мы решим этот вопрос.

Тревоги Беллы нужно рассеять. Я знал отличный способ ее отвлечь. Притянул к себе и поцеловал. Страсть мгновенно разгорелась между нами, словно мы не говорили только что о проблемах. На пол полетела одежда. Не всегда получалось ее снять, не нарушив целостности. Хотел ее безумно. Крышу сносило. Будто не занимался сексом целую вечность. Подхватил жену на руки и отнес в постель. Расположившись сверху, я продолжал целовать сладкие распухшие губы. Белла страстно отвечала, извивалась в моих руках. Тихие стоны, громкие крики всю ночь я срывал с ее губ. Как же мне повезло, что она такая чуткая любовница. Даже не думал, что секс может быть на грани безумия. Уставшая она лежала в моих объятиях, приходила в себя после очередного оргазма.

— Я люблю тебя, Белочка! — эти слова каждый раз рвались из души, сегодня я решил себя не сдерживать. Она подняла на меня взгляд, счастливо улыбнулась, а вот слезы в уголках глаз мне не нравилось наблюдать. Не зная, как реагировать, я вытер предательскую влагу.

— И я люблю тебя, — глядя мне в глаза, так искренне произнесла она, что я не мог не поверить. Наверное, я это уже знал, потому что не было и тени сомнений. Ее поведение, открытость, то, как она ко мне тянулась, раскрывалась, отдавалась, говорило, что она не солгала. Сердце давно знало то, что еще не принимал разум…

— Я сделаю все, чтобы ты была счастлива! — поклялся я и намерен был эту клятву исполнить.

Три года пролетели, как один день.