Да, пусть эмоциональная сухость имеет место, но какая разница, когда все его мысли видно в отражении глаз?

— Что здесь происходит? — суровым тоном спросил он, открыв дверь и обратившись к двум сплетенным в воинственно-визжащий ком женщинам. — Мама?

— Все в порядке, дорогой, некоторое недопонимание, — хмыкнув, женщина с забавной топорщащейся челкой выпустила из пальцев чужую черную прядь, пытаясь скрыть следы преступления.

— Если обман ты называешь недопониманием, то я тебе сейчас устрою «прозрачные условия»!

Второй частью буйной парочки был не кто иной, как моя дорогая матушка — ора Мормонт. Сейчас она выглядела не так как обычно, но со стопроцентной уверенностью я могла заверить, что не ошиблась.

Всклокоченные волосы торчали не уложенным кудряшками. Строгое платье с узкой юбкой изрядно помялось и местами светилось пыльными пятнами, как будто мама повалялась по всем самым злачным уголкам замка, куда не дотягивались руки слуг.

Заметив меня, она быстро отпустила свою жертву и торопливо поднялась на ноги, с самым серьезным видом отряхивая выпачканную юбку.

— Я же говорила тебе, Тева. Дети сами смогут разобраться.

— Неужто, — злобненько шикнув, мама пропустила мимо ушей замечание… эээ… мамы Дормуна?

— Милисандра, — прошипела уже я, глядя на женщину, что наглым образом подставила меня.

— Здравствуй, Дара. Не думала, что познакомимся в момент драки с твоей матерью, мне очень и очень жаль.

Судя по расплывающейся на губах женщины улыбке — жаль ей не было. Она была даже горда тем, что получила возможность навалять оре Мормонт, не смущаясь порванного подола платья и выдранной с мясом лямки.

— Ора Мормонт, полагаю?

Сделав шаг навстречу моей матушке, Дормун крайне вежливо поклонился, подхватив ее тонкие пальцы и прикладывая их к губам.

— Я уже предполагал, что Дару этому миру подарила богиня. Теперь я в этом не сомневаюсь.

Удивленно, но довольно распахнув глаза, моя матушка бросила косой взгляд на Милисандру, которая горделиво задрала подбородок, сложив руки на груди.

Мол, видела, какого мужчину я воспитала?

— Никто не хочется потрудиться и объяснить мне, что здесь происходит? — не выдержала я.

— Судя по твоему виду, цветочек, я поторопилась с тем, чтобы надрать задницу одной выскочке, — в тон мне ответила мама, вешая на лицо спокойную маску.

— И выскочка говорила тебе об этом, пока ты вдавливала ее лицо в лужайку, — не осталась в долгу Милисандра, прочесав волосы быстрым жестом, вытряхивая из них сломанные травинки. — Может, чаю?

— Не откажусь. Милисандра, не могу не заметить, у тебя крайне изумительный вкус.

— Благодарю, Тева. От такой модницы, как ты, слышать это довольно лестно. Не сочти за хвастовство, но над садом я постаралась особенно.