Нужно было как можно скорее расправиться с салатом и бежать к Дарелле!

— А где твои братья? — полюбопытствовала Мили, стараясь отойти от темы и дать эльфу успокоиться до новой атаки вопросами о чародейке.

— Не имею ни малейшего представления.

Стоило произнести это вслух, и в грудине сперло.

Черт побери! Пока он тут трапезничает салатом с креветками, эти двое кружат вокруг его ведьмы. Зная Коула — возможно, вновь со спущенными штанами!

— Сидеть, — холодный голос отца осадил. — Мы должны с тобой поговорить.

Тон не предвещал ничего хорошего.

— Я могу тебя спросить? О личном.

Дара опустила ресницы, пряча взгляд, и Рассел шумно сглотнул.

Вопросы о личном вызывали у него изжогу, потому что откровенность никогда не была его коньком. Он еще помнил ситуацию, из-за которой перестал близко общаться с братьями, едва окончательно не разрушив семью.

Одно неверное слово, лишнее и не имеющее к нему прямого отношения, и Дормун с Коулом едва не загрызли друг друга, навсегда поселив холод между всеми тремя.

— Сколько у тебя было девушек?

Дышать стало еще тяжелее.

Чтобы он ни сказал, это может оказаться неправильным ответом. Над головой грянет гонг, и викторина подойдет к концу, так и не начавшись. Но на самом деле единственное, что, как он считал, дракон не умел, так это врать.

Печень в брюхе начинала ядовито вытравливать его из собственного тела, стоило хотя бы попытаться слукавить или приукрасить детали.

— Ты прости, если лезу не в свое дело! Я просто… просто…

— Не знаю, что делать, — тяжело вздохнув, девушка опустила плечи и жалостливо уставилась в стену. — Мне, наверное, не стоит этого говорить, но все же я чувствую себя обманутой.

От того, что в этом мире есть кто-то откровеннее него, Рассел даже сел, всем телом разворачиваясь в сторону девушки.

— Этот контракт. Я и подумать не могла, что мне придется… ну… спать с вами, еще и со всеми. Еще и сразу. Это пугает, понимаешь? — согласно кивнув, дракон промолчал. — И я трушу. Банально трушу.

— Это нормально. Знаешь, я тоже не в восторге, что увижу голые задницы своих братьев.

Ну вот. Он же предупреждал — откровенность не доведет до добра! Как в воду глядел.

— И как это вышло?! Вы же разных рас!

— У нас одна мать, — стараясь разрядить обстановку, Рассел развел руками и попробовал улыбнуться.

Но, судя по лицу девушки и ее нереально выгнутой брови, он сделал только хуже.

— И кто ваша мать, мать вашу? — прорычала она и тяжело задышала.

— Да чтоб тебе икалось, женщина! — хрипло прорычав проклятие, Дара схватилась за голову и застонала. — Ваша мать… Просто отлично. Это тоже входит в условия контракта?! Мне тоже нужно будет вам выводок детишек нарожать?!

По хрупким плечам уже пробегали огненные волны.