Так как с той минуты, как вы получили их письмо, владыки разорвали ранее связывающие вас договоренности, вы остались без их поддержки. Смею напомнить вам, сколько лет потребовалось на то, чтобы Арт Ти-ер принял такой желаемый для совета союз, — немало. Естественно, в условия нового соглашения будут внесены изменения, в первую очередь о статусе чародейки на принадлежащим им землях.

— Не ходите вокруг да около, Дара, — рыкнул ор Лимп, позволяя перейти с ним на менее официальный тон.

— Если вкратце, Рэнат, чародейки академии начиная с меня при заключении брака с владыками прекращают оставаться служащими совета.

— Просто неслыханная наглость!

Возмущение было прервано громким хлопком по столу, заставившим всех смиренно захлопнуть рты.

— Это все? Свобода вам как замужним женщинам?

— Конечно. В первую очередь я буду матерью наследников, и если вы не примете мои условия, обещаю: союз между Арт Ти-ер и советом будет разорван в ближайшие сроки без возможности его восстановить.

— Чуть-чуть, — показала я величину этого «чуть-чуть» пальцами в воздухе. — Рэнат, давайте честно: я прошу у вас немного и в пределах разумного. Я вышла замуж, забеременела и планирую остаться со своими мужчинами, но вы, соблазнившись моим резервом, без сожалений решили проявить жестокость, разрушая мою семью. Я в безвыходном положении, Рэнат, и буду обороняться. Вы же, напротив, вольны решать. Так примите же наши условия и забудем об этом недоразумении.

Щелкнув пальцами, вызвала портал и переместилась на стул за обеденным столом, вокруг которого уже собралась вся семья, напряженно ожидая финала моей встречи с советом.

— Ну как? — обеспокоенная мама как раз стояла рядом, держа в руках форму со своим обещанным пирогом.

Отняв у матери пищу, я плотоядно облизнулась, озвучив то, с чем мне удалось уйти:

— Хвала всем богам! — пронеслось облегченное под потолком, и мои близкие бросились обнимать меня, подымая со стула и отнимая возможность оттяпать приличный кусок выпечки зубами. — Мы с письмом вовремя?

— Лучше и быть не могло, — улыбнулась я, целуя Дормуна в уголок губ. — Не знаю, что ты там им написал, но Лимп позеленел от злости.

— Это я писал, — ответил Рас, обняв меня за талию и чмокнув в макушку. — Вспомнил все эпитеты, которыми отец так любит выражаться.

— О-оо, — понимающе протянула я, вспомнив, как однажды стала свидетельницей того, как на ногу владыки на пенсии упала тяжелая статуэтка. — Впечатляюще.

— Все-все! Дайте кошечке поесть! Она голодная! — оттеснив всех локтями в стороны, Коул усадил меня обратно, игриво прикусив мочку уха, что тут же вызвала россыпь мурашек на поверхность кожи. — Я тоже голоден, ягодка.