Желтые глаза смотрели на меня выжидающе, словно подначивая. Поймав мой осторожный взгляд из-под опущенных ресниц, пантера улыбнулся, вытягиваясь надо мной во весь рост.

— Расскажешь мне, что с тобой делали Рассел и Дормун?

— Тебя это заводит? — хриплым голосом уточнила я.

Вот уж не думала, что пантеру может заинтересовать столь щепетильный вопрос!

— Не хочу повторяться, — не скрывая улыбки, ответил он. — И не смей смущаться!

Закатила глаза, вспомнив, что у кота на мои эмоции настроен локатор.

— Ты должна доверять нам всем, так что выкинь эти мысли из головы, хорошо?

— А если я не смогу?

Кот на секунду замолчал и мягко провел ладонью по маленьким пуговицам на моей груди, незаметно для меня расстегнув парочку. Осторожно сдвинув ткань в стороны, он подушечкой пальца погладил холмик груди, что виднелся в узком лифе из черного кружева, и перехватил мои руки, уводя их наверх.

— Я буду говорить, а ты слушай мой голос. Постарайся расслабиться, — шепот буквально утопал в тихих звуках природы, но я слышала каждое слово, словно лязг стали. — Тебе нравится, когда я делаю так?

Мужчина склонил голову и слегка прикусил укрытый тканью сосок, прокатившись по нему горячим языком. Мой рваный выдох и то, как напрягся прикушенный участок кожи, выдали меня с головой.

Размашисто пройдясь языком от груди до самой шеи, пантера окончательно убедился в выборе тактики, улыбаясь хитро и шаловливо и совершенно этого не скрывая.

— А теперь я скажу тебе одну важную вещь.

— Дормун смотрит на нас уже несколько минут и, судя по эмоциям брата, ему очень даже нравится. Нет, не оборачивайся.

Словно прислушавшись к внутренним ощущениям, я повернула голову вправо, сразу же столкнувшись со светом магически серых глаз. Эльф стоял в нескольких метрах от нас, прячась в черноте деревьев, и его ноздри трепетали от тяжести вдыхаемого воздуха.

Которого мне резко стало мало.

Коул проигнорировал мое движение, только сильнее взявшись за задачу по ублажению меня. Покрывая поцелуями-отметинами горло и плечи, он носом расталкивал ткань рубашки в стороны, ныряя лицом все глубже и глубже.

Маленький укус, и эфемерное прикрытие лифа плавно сдвигается, позволяя прохладе вечера огладить мою наэлектризованную кожу. Прикосновения кота ощущаются уже откровеннее, честнее, не прячась под нравственностью ткани.

Этот вопрос услышали все, включая эльфа, стоящего в зоне видимости. Его темная бровь вопросительно выгнулась, но мужчина продолжал делать вид, что его здесь нет.

— Расслабься и получай удовольствие, — уверенно ответил кот. — Он не думает о том, о чем думаешь ты, Дара. Знаешь, какой он тебя сейчас видит?

— Какой? — голос вновь предательски сорвался, но переспрашивать не было необходимости.

— Желанной. Открытой. Доверяющей нам.