Но потом раздается голос Найла:

– Прекрасный вечер, – говорит он, и его дыхание обдувает мою шею. – И рядом со мной прекрасная девушка. Что может быть лучше?

Его грудь прижимается к моей спине, когда он утыкается подбородком мне в шею. На мгновение я закрываю глаза, пытаясь себя успокоить. Найл не совершит ничего плохого. Его знает Фрэнк и Киллиан.

– Но на мой взгляд не хватает последней детали, – шепчет он. – Я не извинился перед тобой.

– Извинился? – переспрашиваю я. – За что?

Следующее, что я осознаю – Найл разворачивает меня к себе лицом. Одна его рука остается на талии, а второй он мягко и ненавязчиво приподнимает мой подбородок.

– Я бы хотел извиниться, – произносит он, и его взгляд опускается на мои губы. – За то, что сейчас сделаю.

Ничто не могло подготовить меня к тому, что происходит дальше. Найл наклоняет голову и прижимается к моему рту. Я замираю, пока его губы накрывают мои, и вихрь мыслей проносится в голове.

– Найл, – я слегка отстраняюсь. – Извинения приняты.

Найл улыбается и вновь возвращается с поцелуем. Он нежно нажимает пальцем на мой подбородок, чтобы получить больше доступа.

Мои губы раскрываются, и его язык проскальзывает внутрь, невесомо и осторожно соприкасаясь с моим. Но затем Найл усиливает давление, его поцелуй становится основательным и глубоким.

Я стараюсь запечатлеть для себя этот момент. Найл хорошо целуется. Действительно хорошо. Ну и что, если от него не перехватывает дыхание, не оживают бабочки в животе и не ускоряется сердцебиение. Со временем меня все настигнет, не так ли?

Голос Кэша возникает у меня в голове, и за одно мгновение я переношусь в спортзал. Кэш прижимает меня к стене, его губы владеют моим ртом, и от его обжигающего поцелуя я готова расплавиться в его сильных руках.

Я не позволю воспоминаниям украсть этот момент. Я встаю на цыпочки и поднимаю руки, чтобы обнять Найла за шею. А дальше отвечаю на поцелуй слишком раскованно и откровенно для первого свидания. Я закрываю глаза и тут же перемещаюсь на заднее сиденье машины Кэша. В звездную ночь, когда я потеряла с ним девственность.

– Ох, Рене… – посторонний голос возвращает меня в реальность.

Я раскрываю глаза и вижу перед собой лицо Найла.

Мгновенно я выпускаю его волосы и упираюсь руками ему в грудь. Он отступает и в замешательстве на меня смотрит. И тут же меня накрывает волна ненависти к самой себе.

Какого черта я делаю?

– Рене, – Найл выглядит взволнованным. – С тобой все в порядке?

– Прости, – шепчу я, моя грудь часто поднимается и опускается. – Это было ошибкой.

С этими словами я уношусь прочь с верхней палубы. У меня не хватает духу даже взглянуть на Найла и попытаться что-либо ему объяснить.

– Рене, – кричит он позади меня.