- А откуда ты узнал, что я прилечу?

- Нас известили с Бейта, из секретариата сэра Холингера. - Ответил Боб.

- Понятно. - Нахмурилась Эмили. - Значит отец уже обо всем знает… Ну, ничего не поделаешь, ребята… - Повернулась она к Джери и Гакету. - Пойдемте спустимся к нашему последнему приюту.

После водных процедур и плотного ужина, Джери и Гакет уединились на огромной застекленной веранде, с которой открывался чудесный вид всей западной части Даркамеса, вместе с его неповторимыми светомузыкальными фонтанами, вздымающими свои радужные струи на высоту в сотню метров.

Эмили ушла в свои покои поплакаться отцу и, тем самым, ослабить его гнев. «Сдаваться папочке Максу», как она это определила.

- Так что там было у вас, с этим Майклом, Гакет? - Задал Джери вопрос таким тоном, словно они прервали беседу минуту назад.

- Его зовут Майкл Дантен. Раньше мы вместе работали в Контрольном Управлении, потом в НСБ… Как-то раз его поймали на совращении малолетних и завербовали. Дальше - больше. А однажды, исполняя приказ своих новых хозяев, он убил своего напарника… Напарником был я…

- Но… ведь ты жив… - В некотором замешательстве произнес Джери, для собственного успокоения дотрагиваясь до локтя Гакета.

- Это только кажется, Джери…

Гакет помолчал несколько минут, собираясь с мыслями и в течении этой затяжной паузы Джери не посмел сказать ни слова.

- У меня была девушка… Ее звали Одри. Она была из тех женщин, которые долго сохраняют юное очарование. И Майк, в свое время клеил ее, но она почему-то, выбрала меня. Хотя та, первая моя внешность отнюдь не принадлежала красавцу. Майк напротив, был мужчина хоть куда. И тогда, я думаю, в нашей с ним дружбе, появилась первая трещинка.

У Майка было соответствующее его внешности амплуа героя-любовника. Практически вся сеть его агентов, состояла из молодых преуспевающих женщин, одиноких или составивших себе выгодную партию… Он действовал на всех решительно и однозначно, но только не на Одри… Казалось он смирился, и отношения между нами с Одри и Майком перешли в фазу «друга семьи». Но иногда я замечал, как Майк задерживал на Одри очень неприятный, бесстрастный оценивающий взгляд.

Потом я стал замечать его увлечение малолетками. Сначала, я принял эту новую его слабость за способ снятия напряжения, накапливающегося от тяжелой работы, но вскоре я сделал необыкновенное открытие: все его малолетние девочки, чертами лица напоминали Одри.

Я уже был готов написать нашему куратору донесение на своего друга, но он опередил меня.