Та самая, что заставляла вылавливать из моря преступников и продавать их в качестве рабов.

– Дайте топор! – потребовал он.

– Да ты в своем уме? – уставился на него Кирас. Воин тоже побледнел, только шрам на его лице стал пунцовым как рана. – Это останки хёгга, не видишь, что ли? Ты собираешься отрубить его лапы и крылья, чтобы продать на рынке? Это низость!

– Не тебе меня судить, – огрызнулся Верман.

– Прости, мой риар, но на такое я не соглашался, – пробормотал один из воинов. Кто-то мрачно кивнул, другие стояли молча, отводя глаза.

Пустые глазницы на огромном черепе, казалось, рассматривали мелких людей.

– А там что? – Агмунд, нахмурившись, вгляделся в кольцо драконьего скелета. Внутри крыльев темнело черное, ничего не отражающее зеркало.

Я пожала плечами. Верман все-таки забрал топор у одного из воинов и вскинул, примеряясь к хвосту хёгга. Кирас тоже шагнул вперед.

– Остановись! Перворождённые нас проклянут!

– Такие, как я, прокляты уже давно! Отойди!

– Мой риар, останови это надругательство! Перворожденные всех нас покарают! Мы воины, мы не разоряем могилы хёггов!

– Не мешайте мне! Я возьму то, что мне причитается! – взмахнул топором Верман. Лицо его исказилось, как у безумца, и Кирас поневоле отшатнулся. Воины топтались и переглядывались, не зная, как поступить.

Одлис медленно поклонился останкам дракона, прижал кулак к груди, повернулся и направился к выходу.

Агмунд обжег его спину злым взглядом, поджал губы.

– Что ж… Нарушать вечный покой хёгга – недостойно воина, тут ты прав, Кирас. Ты обманула нас, дева.

– Я привела к пеплу.

– Умолчав о его природе. Чего ты хотела? Увести нас с берега? Мы возвращаемся. И на этот раз пощады не будет.

– Не раньше, чем я заберу свой пепел! – выкрикнул Верман. Взмахнул топором, ударил, и лезвие глухо звякнуло о кость. В месте удара разбежались красноватые искры-змейки.

Все замерли, с ужасом уставившись на застрявший топор. Огненные молнии катились по скелету волной, окрашивая белизну в багрянец. Туман стелился по полу, уплотняясь и сгущаясь.

– Уходим! – крикнул Агмунд, обнажая меч. – В пекло этот Проклятый Берег! Убейте пленников! Возвращаемся в Дассквил!

Эйтри каким-то непостижимым образом взмахнул руками, проведя связанными запястьями по мечу одного из замешкавшихся воинов, крутанулся и с размаха ударил его же кулаком. Ильх, хрипя, покатился по полу, а Эйтри уже схватил его оружие, развернулся к следующему. Иргван метался в тумане, но кажется, уже и ему удалось избавиться от пут.

На миг я даже успела ими восхититься, но тут Бергтор с ревом бросился на застывшего Брика, и я рванула к мальчишке. Успела оттолкнуть и нырнула вниз. Меч со свистом прошел над головой, едва не снеся мне макушку. Я на ощупь схватила руку Брика и потащила его в сторону.