Снова захотелось пить, высохший язык все еще царапал рот. Но снова просить воду я не стала.

О чем говорит этот человек?

Последнее, что я помню – это строгий кабинет и военного в кресле. Хотя нет, там был кто-то еще – в плаще и капюшоне.

Дальше память забуксовала и отказалась выдавать что-нибудь дельное. Ничего не помню!

– Хотите сказать, что я согласилась помочь вам?

– Конечно, – тронула губы мужчины кривая неестественная ухмылка.

И снова меня передернуло от несоответствия этих губ и этих глаз.

– Ведь помимо тебя осужден и твой брат. И его друг – Джет Варниш. Им тоже грозит по два года заключения. Это конец их спортивной карьеры, ты ведь понимаешь. Но своей готовностью сотрудничать с властью ты, Хельга, обеспечишь парням свободу. Спасешь их и себя. В конце концов, это и правда была лишь глупая шутка. Зачем же ломать вам всем жизнь из-за глупости? Ведь так?

Я растерянно молчала. В голове все еще шумело, мысли текли вяло. Происходящее мне по-прежнему не нравилось, как и этот человек. Единый, и зачем я согласилась запустить того фантома! Вот зачем?

– Так? – с нажимом повторил мужчина.

– Так, мой дорогой супруг Бран, – с трудом выдавила я.

– Умница. – Он криво улыбнулся. – Я знал, что мы поладим. Ссориться ни к чему, поверь мне.

Да уж, ссориться в железной коробке, несущейся под облаками, действительно глупо.

– И что же я должна сделать? – спросила я и осторожно потрогала гудящую голову. Казалось, в ней поселился рой озлобленных шершней, пытающийся выбраться на волю.

– Всего лишь улыбаться и отзываться на имя Хельга. Еще можешь упоминать своего брата, по которому очень скучаешь. Не слишком сложно, правда?

– И все? – нахмурилась я. Даже мой затуманенный разум чуял какой-то подвох.

– Что ж… звучит несложно. Но я могу прежде связаться со своим братом Алексом? Позвонить ему? Он знает, где я? А мои родители? Им уже сообщили?

– Как много вопросов… Не переживай. Твоя семья получит объяснения, которые всех успокоят. И нет, ты не можешь позвонить. Здесь телефон не работает.

– Послушайте, это все какое-то недоразумение. – Я беспомощно оглянулась, словно надеясь увидеть Алекса и Джета, которые выскочат вон из того железного ящика с воплем: сюрприз! – Это все как-то ненормально! Должны ведь быть бумаги, есть законы… предписания там, суды… Разные! Я свободный человек! У меня есть права! Есть семья! Родители и брат! И я не сделала ничего плохого! Я всего лишь…

– Оказалась не в том месте и в не то время. Чаще всего с этого все и начинается, – мягко произнес незнакомец.

На миг мне даже почудилось в его словах сочувствие. Но заглянув в гранитные глаза, я снова увидела лишь битое стекло и камень.

Я обвела взглядом железное нутро маленького самолета.