Романтические враги не ушли, так и крутятся возле нас, так и бесят.

— Давненько ничего на Евку не падало, — дразнит рыбину подруга, подмигивая мне. — Лиза, давай в нашу игру «забей очко в злюку брата» сыграем?

У нас нет такой игры, если что.

Но я не могу сдержаться и громко смеюсь при виде вытянувшейся физиономии красотки пышногрудой.

— Детское время закончилось, вообще-то. Вам домой не пора? — огрызается рыбина.

— У тебя не спросили! — отшивает ее Арина.

— Спросите тогда у меня, — на себя переключает разговор Евсей, — вам давно уже пора!

— Нетушки, ты мне не родитель, — не сдается его сестра.

— А мне вообще спешить некуда, — спокойненько рассуждаю, — мы с Ильей еще хотим время проводить. И потом вместе с ним поеду домой.

Мошкин согласно кивает.

— Куда поедешь с ним?! — рык бизона раздается. — А ну живо в мою машину и по домам! Разгулялись уж больно, малявки!

Я ему про такси, что вызовем одно. Нам просто по пути с Ильей, так выгодней получится.

А Евсей мне о чем? Разрычался, бешеный дикарь.

Пытаемся сбежать, он нас хватает и возвращает.

— Кому сказал? Нагулялись, и хватит!

Вот за что я его терпеть не могу. Фр-р! Мысленно на него еще раз стол роняю.

— Никуда мы с тобой не поедем!

Мы с подругой стоим заодно. Хотим веселиться! Мы взрослые!

— А разве можно в период обострения садиться за руль? Это же опасно при таком диагнозе. — Мой умный парень дело говорит. Прислушаться бы надо.

— Белобрысый, ты сейчас нарвешься! — Евсей сжимает кулаки.

Приходится самой отбиваться и парня в обиду не давать. Евка хоть бы заступилась за кузена, тоже мне. Только и знает, что завороженно хлопать ресницами на Сомова да на меня гадости лить.

— Котик, ты вернешься? — надувает губищи рыбина.

— Будет видно, когда малявок закину к родителям, — важно так себе планирует этот вредитель чужих вечеринок.

Мы и не думаем сдаваться. Орем на худшего брата подруги.

— Да-да, вот так и пойте!

А ему хоть бы что, схватил нас и тащит на выход.

— Они несовершеннолетние и пьяные! Как вы их вообще пропустили? — объясняет охраннику, который преградил нам путь, чтоб разобраться.

— Мне месяц назад восемнадцать исполнилось! — правду говорю, мои родители всех Сомовых приглашали, и его наглая морда ела мой торт.

Арина доказывает, что ей тоже. Хотя еще нет, у нее только будет.

Охранник верит не нам, а крупной купюре Евсея. И за деньги помогает ему нас доставить к машине.

Мы вместе с подругой орем, орем и орем до самого выезда. Ужасно злимся. За что такой брат достался подруге? Почему мы страдаем вдвоем? Куда его можно сдать, чтобы сделали человеком?

— Арина, еще слово, и я звоню отцу.

Евсей строго произносит, выруливая на дорогу.

— Без тебя уже собиралась домой, — подруга хмыкает и в сторону брата кривится.

— Вторую тоже доставлю.