Сама себе даю команды и на автомате перехожу на движения более плавные, в этом месте сам ритм на моей стороне.

И не хочу, а цепляюсь глазами за то место между рядов. Лучше увижу, как он насмехается, ну и пусть. Зато не буду думать, зачем брат подруги застрял и остается стоять.

Только мельком рассмотреть получается Сомова. И я едва не сбиваюсь в конце, вовремя падая на поперечный шпагат.

Зрители хлопают и даже участники. Подруга прыгает и свистит, путая танцы с болельщиками на баскетболе. Зато у Евы физиономия, вроде я ее все-таки зацепила ногой, что особенно радует.

Мне говорят, что результаты появятся после выходных. И меньше всего волнует, какие найдет рыбина причины, чтобы не взять меня. Тьфу на нее, гадюку такую.

Иду по проходу, а из мыслей не выходит… Евсей подозрительно не насмехался. Тот самый редкий случай, когда я видела его другим. Не бешеным психом, не мистером шуточек. Я думала, что только Арина станет самым внимательным зрителем, но вышло так, что и ее брат с меня глаз не сводил. В финале танца даже улыбнулся без издевки. Удивительно просто.

— Супер! Супер! — все еще подпрыгивая, меня встречает подруга. — Твой номер был лучшим. Рыбина много потеряет без тебя.

— Зато дольше проживет, — сама от своих рассуждений посмеиваюсь.

До конца отбора не остаемся, сразу протискиваемся через ряды. Возле выхода меня ловят за хвост. Нагло захватывают и ржут.

— Айкать придется, малявка, если за пять минут не оденешься. Твоя мама о-о-очень просила меня сообщить, если не будешь слушаться.

Вернулся брат-гад подруги. Давненько не виделись. Еще бы столько же, плюс сотню лет.

Нормальный Евсей испарился туда же, куда мое место в команде. И снова все встало на свои места. Но я спрошу у мамы, неужели просила?

— Отстань, Сомов! Без тебя разберусь!

Выхватываю свой хвост из его пальцев. Ненавижу за то, что такой!

— Брат, мы и так идем в раздевалку, нечего нас подгонять.

— Ну так дуйте отсюда. Зачем вы вообще ко мне подошли?

Евсей снова переводит на приколы, только нам не смешно. В отличие от трех гламурных студенток, вот кто юмор оценил, подкатывая к наглому красавчику.

Бабник, гад, придурок, осел, клоун недоделанный. В жизни больше с ним не заговорю. Мстить, конечно, буду. Только молча!

— Зато худшее сегодня позади. Помнишь, куда мы вечером поедем? — в раздевалке напоминает Арина, сияя от предвкушения.

— Точно! Будем веселиться в клубе и не думать о… ну, ни о чем таком, что бесит, — я и сама уже хочу поскорей там отвлечься.

При подруге не стала уточнять, о чем особенно мне хочется забыть. Но я-то знаю, кто способен довести меня до трясучки.

В клуб мы долго не собирались, больше болтали, как интересно будет посмотреть на более взрослую жизнь. Раньше нам не доводилось бывать в таких местах. Но теперь-то мы стали студентками.