Потом «похоронку» принесли, погиб мой Павел, а Митька без вести пропал… А недели через две фашисты в город вошли, давай свои порядки наводить… Многие местные к ним в услужение пошли, тут целое полицейское управление стояло…

— Вам-то не досталось, что муж — коммунист?"

"— Могло достаться, — пожала она плечами. — Я русский язык и литературу в средней школе преподавала. Полицай Гришка Сенчин прямо в школу со своими вояками нагрянул, он Павла знал, тот ему однажды за тунеядство хорошенько всыпал. Давай кричать, чтобы собиралась, пришла, мол, пора отвечать за мужика-коммуниста… Директор наша заступилась, ее старшая дочь уже с немецким офицером спелась из комендатуры… в общем, так «по блату» и избежала расстрела… Два года больше не приставали, заставили работать по специальности, только Алешеньку моего в Германию забрали. Может, и жив еще. — Ольга Матвеевна шмыгнула носом. — Свидимся когда-нибудь…

— Обязательно свидитесь, даже не сомневайтесь. Наши не сегодня завтра вернутся, просто недоразумение вышло, на фронте такое бывает… Вам известно, что происходит в городе?

— Я не сорока сплетни разносить, — улыбнулась Ольга Матвеевна. — Вчера рано утром был страшный бой, когда немцев из Калачана гнали. Многие дома пострадали. У меня лишь чердачное окно с фасада посекли, уже забила досками. А сегодня спозаранку опять круговерть — немцы вернулись… Я в подпол спряталась, чего уж греха таить. Земля тряслась и сыпалась, когда тут танки проходили… Храбрости набралась, вылезла, ну, думаю, двум смертям не бывать… А тут пальба через два дома от моего, взрывалось что-то. В огородах стрелять начали. Потом смотрю, человек в советской форме в мою компостную яму проваливается… Везунчик вы, — заключила она, — мимо вас прошла беда. Ко мне ворвались, автоматы наставили и давай все обыскивать. Злые были… Нашли бы вас на огороде, нас обоих бы расстреляли…

«Меня бы не расстреляли, — подумал Алексей. — Я — ценный информированный кадр».

— А только немцы ушли, Нюша, что через дорогу живет, прокралась ко мне и давай всякие страсти излагать. Мол, немцы теперь опять пойдут на восток и через месяц точно Москву возьмут. По всем фронтам наступают… Говорит, что перебили всех красных, оставшихся в городе, окружили госпиталь на Центральной улице, который не успели в тыл эвакуировать, и всех, кто там находился, из огнеметов пожгли. Красноармейцы, те, что выжили, отступили, разбежались, и их теперь специальные команды отлавливают. А на площади опять население собирают, немцы речь толкать будут, дескать, со счастливым возвращением… Убежала к себе, испугалась очень, когда опять палить начали. Вы не волнуйтесь, она не вернется, и вас у меня никто не видел… Если хотите, я вас могу спрятать.