После чего при необходимости я использую именно этот позывной!

– Понятно! Турус так Турус.

– Ну все, давай своих ребят в «вертушку» и... удачи вам!

– Благодарю. До связи!

Сводная группа Фергана заняла места в десантном отсеке вертолета, и тот поднялся в воздух, точно соблюдая график, в 17-45.

Полет до места высадки первой группы занял чуть больше получаса. Прошел он без проблем. Вертолет спокойно сел в заданном квадрате, чтобы тут же подняться и, облетая плоскогорье, уйти к Ширванскому ущелью. И здесь на дне ущелья нашлась площадка, чтобы посадить винтокрылую машину.

Борт покинула вторая подгруппа. А вот Тимохину с подчиненными пришлось десантироваться по-штурмовому, используя трос. Пилоты не стали рисковать, сажать вертолет из-за ограниченной территории лесной поляны. Небольшое отклонение могло привести к зацепу лопастями ветвей деревьев, что реально грозило выводом «Ми-8» из строя. Если не хуже – падением метров с десяти.

Как только трос был поднят и вертолет скрылся за верхушками деревьев, Тимохин подозвал к себе подчиненных, старшего лейтенанта Дворцова и прапорщика Шунко:

– Так, мужики, мы на земле в районе высадки.

До оконечности «зеленки» – десять километров. Пойдем шеренгой, соблюдая интервал в расстоянии визуального контроля друг за другом, иными словами, на расстоянии взаимной видимости. Я отслеживаю в ходе движения все, что будет попадаться впереди, вы – и впереди, и с флангов. Проходим пять километров – привал, далее три километра – и вновь привал. Ну и в завершение марша выходим на рубеж подготовки штурма. Оружие к бою! При обнаружении противника и невозможности, подав сигнал тревоги, укрыться, открывать по нему огонь на поражение, отходя к центру шеренги, то есть ко мне! Вопросы?

У спецназовцев вопросов не было.

– С наступлением темного времени суток применим приборы ночного видения. В этом случае интервал сокращаем. Ну все, вперед! Да хранит нас Аллах, как говорят духи! Двинулись.

Передернув затворные рамы и опустив планки автоматов на отметку режима ведения автоматической стрельбы, бойцы самой малочисленной группы старшего лейтенанта Тимохина вошли в лес. Он оказался густым и заросшим колючим кустарником, так что интервал между офицерами составил не более восьми-десяти метров.

Тимохин взглянул на часы: 19-02. Скорость движения в лесу не более трех-четырех километров в час, следовательно, пять километров подгруппа пройдет примерно за час двадцать. Далее скорость снизится, хотя во многом это будет зависеть не от нарастающей усталости – что такое для спецназовца пять километров пусть и по сложной местности, а от того, насколько девственен останется лес.