Он подошла к нему:
– Здравствуй! Марина передала, что ты хотела со мной поговорить, слушаю тебя!
– А почему так официально, недоброжелательно?
– Ирин! Что ты хотела мне сказать?
– Я хотела увидеть тебя!
– Да! Но не думала, что ты так поведешь себя!
– А как я должен вести себя?
– Как раньше, когда приглашал к себе домой на ночь, когда укладывал в постель, когда...
Тимохин прервал Люблину:
– И все это без твоего желания? Насильно?
– Что же изменилось?
– Изменилось самое главное. А именно то, что я понял, мы не пара для создания семьи. У нас нет будущего, и настоящее уже не приносит радость.
– В общем, ты получил то, что хотел, и в сторону, да?
– Можно сказать и так. Но, в принципе, дело не в этом. Я не люблю тебя, и ты это всегда знала. А сейчас полюбил. Но другую женщину. Поэтому больше между нами ничего не будет.
Люблина не ожидала такого поворота:
– Ты полюбил другую женщину? И кого же?
– А вот это тебя не касается.
Ирина вдруг рассмеялась:
– Это надо же, Тимохин кого-то полюбил. Да кого ты можешь любить, кроме себя родного? Для тебя женщина – это станок. Станок для удовлетворения естественной мужской потребности – иметь бабу.
– Даже так? А как новая пассия относится к твоим прежним связям или она о них ничего не знает? Ведь вы, мужики, мастера запудрить девочкам мозги, особенно тем, у которых этих мозгов и в помине нет.
Тимохин понимал состояние Люблиной, но и слушать дальше ее оскорбления не желал:
– Нет! Если ты думаешь, что я так просто отдам тебя другой, то ошибаешься. Она все узнает о том, что было между нами. И еще немало интересного из личной жизни старшего лейтенанта Тимохина. Пусть ты не достанешься мне, но ты не достанешься и другой! Это я тебе обещаю!
– Я всегда знал, что ты способна на подлость.
– Вот как? Я, значит, подлая, коварная, злая, а ты у нас весь пушистый, честный и самый что ни на есть порядочный, да?
Тимохину надоело слушать Ирину. Эту, по сути, глубоко несчастную по его вине женщину.
– Нет, Ирин, я не пушистый. Но пойми, насильно мил не будешь. Ты еще найдешь свое счастье, и я буду только рад этому!
Люблина потеряла контроль над собой:
– Да пошел ты со своей радостью! Унизил, растоптал самое святое, что у меня было, а теперь еще и издеваешься? Сволочь ты! Мразь! Ненавижу! Я не дам тебе жить с другой.
– Поговорили! Спасибо за откровенность, и прощай! Делай что хочешь, между нами все кончено!
И, повернувшись, пошел по аллее.
А Ирина, опустившись на ступеньки клуба, припав к бетонной стойке, забилась в истерике. До самого дома Тимохин слышал ее голос:
– Ненавижу, тварь! Будь ты проклят!
А возможно, это ему казалось. И жалко было Тимохину Ирину, и утешить ее он не мог.
Комментарии
Добавить комментарий