— Собирайся, — такой холодный мужчина. Улыбаюсь.

— Куда?

— Прогуляемся, позавтракаем где-нибудь. Где хочешь. Купим тебе что-нибудь из одежды.

— О, мне можно гулять? — выгибаю брови.

— Со мной — можно, если осторожно, — ухмыляется, но больше агрессивно. Есть в его глазах цвета ртути что-то темное, необузданное, опасное, ядовитое. А вчера было по-другому.

Какой он настоящий?

Но мне, дуре, нравятся обе его стороны.

— У меня нет верхней одежды и обуви, — забираю из его рук чашку с кофе и отпиваю.

— В гостиной пакет — это для тебя. Собирайся, детка.

Забирает у меня чашку, указывая глазами на коридор.

В гостиной пара пакетов, в одном из них — куртка — белый пуховик, в другом — белые стильные ботиночки. И он подарил мне белые лилии…

Любит белый цвет?"

"Забираю вещи, ухожу в спальню, переодеваться. Я наконец-то выйду из этих давящих стен. Подышу воздухом… И задам ему вопросы, которые меня интересуют. Плевать, сколько они стоят, я готова на все. Мне уже не страшно. Хочется понять, что происходит.

Глава 17

Рада

Выбираю себе пару забавных домашних костюмов с детскими расцветками. Глеб ухмыляется, снисходительно качая головой, но одобряет мои покупки. Ну вот такая я. Мне скучно расхаживать по дому в серых однотонных консервативных вещах.

Пока я, как сорока, рассматриваю блестящие платья с пайетками, Глеб снимает с вешалок кожаные узкие брюки и протягивает мне.

— О, это я люблю, — забираю у него штаны.

— И вот это, — передает мне бордовую блузку с корсетной шнуровкой и прозрачными рукавами.

— Да, у вас есть вкус, Глеб… Не знаю, как вас по отчеству.

— Примерь, — указывает глазами на примерочную, уходя от ответа.

— Чтобы это эффектно смотрелось, нужны ботильоны на высоком каблуке.

— Выбирай, — вскидывает руку в сторону отдела с обувью.

— Какой щедрый дяденька, я же наберу, не рассчитаешься, — смеюсь.

— Рассчитаюсь, — кривит губами.

— Ну, окей, — иду в сторону стеллажей с обувью. Выбираю подходящие ботильоны и скрываюсь в примерочной. Натягиваю штаны, задерживая дыхание. Очень узкие, обтягивают зад так, что, кажется, треснут. Но в этом-то и фишка. Если кожаные штаны висят, эффект уже не тот. Надеваю блузку, затягиваю на груди шнуровку, которая приподнимает грудь, обуваюсь, рассматривая себя в зеркало. Выглядит немного пошленько, но мне нравится. Да, дома я в детских пижамах, а в свет выхожу в провокационных нарядах. Отец всегда закатывал глаза и качал головой, комментируя мои наряды, но никогда не запрещал.

И ведь Глеб не знает о моих вкусах, но точно выбрал то, что я люблю.

У меня все больше и больше вопросов к этому мужчине.

Не хватает бордовой помады и туши на ресницы. Я не любительница обилия макияжа, но всегда подчёркиваю губы и глаза. Распускаю волосы, придавая легкую небрежность. Рок-н-ролл рулит.