«Дядя хороший», это понятно, это она и о Лаурине говорила. «Дядя-огонь»? Ну, если она знает, кто такой Вейриш, тогда понятно, о чем она! Аю любит огонь? Но тут же упоминает обо мне, хозяйке, и говорит «нет» дракону. Интересно!.. Что тут вообще происходит?

Вейриш оглянулся на дядю, лицо у него было совершенно несчастным.

– Она не хочет, – сказал он тихо. – Она не хочет уходить от госпожи Нарен!

– Ну, это-то мы поняли, – хмыкнула я. – Гарреш, ради всех богов, объясните, что ваш племянник нашел в Аю? От нее лошади не шарахаются только потому, что за человека не принимают, а он… после таких красоток!

– Он ведь вам рассказал об искре? И показал? – без тени улыбки произнес тот.

Я кивнула. – А вы видели искру этой малютки? Нет? Ну так взгляните…

Знакомое ощущение: рука Гарреша касается моего затылка, и я перестаю видеть привычный мир. Вернее, он расцвечивается новыми красками, я снова вижу огонь, что пылает внутри почти каждого из нас: на тот, что горит в драконах, смотреть невозможно, это зрелище не для человеческих глаз, но Аю… Странный, слабый огонек. Или наоборот, сильный? Он менялся каждую секунду, то разгораясь лесным пожаром, то затухая слабым угольком в золе, то взметываясь призрачным пламенем до небес…

– Что это? – спросила я, сбросив мужскую руку.

 – Я понимаю, что Вейриш выбрал ее не просто так, но что означает увиденное мной? Она… кто?

– Просто девочка, – усмехнулся Гарреш. Вейриш так и стоял на коленях в снегу, понурившись. – Лет тринадцати, вряд ли больше, но по нашим понятиям – уже взрослая девушка. Степнячка. Вы и сами это знаете.

– А помимо того? – Я даже о погоне позабыла, так меня разобрало любопытство.

В конце концов, не всякий день в мой дом приходят со сватовством драконы!

– Она – ашшу, – произнес Вейриш негромко.

– Кто? – удивилась я.

– Вы вряд ли знаете. Ашшу – так называют их в степи. Это… – молодой дракон замялся. – Она не владеет магией в вашем понимании. Она ничего не может сделать. Она просто видит.

– Она видит суть. Видит то, что может произойти, – ответил Гарреш. – Помните, я говорил, что у нас бывают предчувствия, вот только неопределенные? Так вот, ашшу прозревают грядущие события иначе – они способны предсказать, что именно случится.

Опытные ашшу – могут предупредить об этом.

– И она… – я покосилась на косоглазую девчонку с невольным уважением, – тоже видит?

– Может быть, – уклончиво ответил Гарреш. – Видите ли, это врожденное. Это безумная редкость и невероятная ценность. Ни один степняк не осмелится убить ашшу, чтобы не навлечь несчастий на свой род, но…

– Но? – поторопила я.

– Тот род, у которого есть ашшу, сильнее других по определению. – Дракон смотрел на меня без улыбки.

– Логично, – кивнула я.