Может, правда сумасшедший, может, преследует иные цели, но мне от этого не легче. Снова это ощущение беспомощности, как в детстве, в той глупой игре, когда тебе завязывают глаза, раскручивают, и ты вслепую ловишь разбегающихся товарищей, и если ухватишь кого-нибудь, то опознавать тебе его тоже приходится на ощупь. Ошибешься – водишь снова, и так много раз… Эту игру любят на севере, в Арастене она не слишком популярна, может, если только в деревнях: на улицах города так играть слишком опасно. И поначалу, помнится, я не любила водить, убегать куда как интереснее, да и притворяться кем-то другим тоже… А вот водить руками в пустоте, надеясь, что кто-то попадется, – есть в этом нечто… неприятное.

Это потом уже я наловчилась хватать товарищей по играм за что придется и распознавать их лица, лишь проведя ладонью (узнают, что магию задействовала, выдерут за косы, не посмотрят, чья ты внучка!). У того курносый нос, у другого брови густые, у третьего длинная челка, а у четвертого вечно мокрые губы, да и по одежде узнать несложно. Но только если ты знаешь тех, кого ловишь. Схватишь вслепую совсем незнакомого – долго придется соображать, кто же это тебе попался. Разве что поймешь – это кто-то чужой. (Подстроили раз со мной такой фокус, тайком позвали мальчишку из другой компании… долго потом синяки и ссадины залечивали!)

Я чуть не споткнулась на ходу.

Вот же оно. Вот во что играет со мной Наор: не в шарады, не в головоломки, хотя и их достаточно, – просто в жмурки. Но я не знаю, кого схвачу, а если схвачу – тот ли это будет, кто мне так нужен! Предполагается, что я знаю того, кого ловлю? Но кто это может быть? Любой, решительно любой из моего окружения, а народу вокруг меня не так уж мало… Хватай любого: тот же коллега Анельт может оказаться замаскировавшимся Наором – что стоит такому магу прикинуться неопытным мальчишкой! А настоящий Анельт вполне может гнить в канаве в сотне весс от Арастена, где его никогда не найдут!

Есть ли в этом смысл? Не может не быть.

Даже у сумасшедших имеется своя логика, и Наор определенно желает, чтобы я его нашла. Подбрасывает подсказки, дает… верно, дает те зацепки, по которым я смогу опознать его, когда схвачу. Если схвачу! И если схвачу именно его…

Скорее всего, он где-то поблизости. Очень может статься, я его знаю, хотя бы видела: ведь нельзя узнать того, кого никогда не встречал! Хотя, может, в нашем случае это и не пройдет: вдруг он рассчитывает, что я вычислю его по косвенным доказательствам… Но я все еще в неведении.