— Хорошо, — отвечаю и отвожу затворную раму, отпускаю! Щелчок!

Упираю деревянный приклад жёстко в плечо и, затаив дыхание, прицеливаюсь. Тааак, мушка — целик. Чёрный панцирь.

Нажимаю на спусковой крючок, свободный ход пройдя, давлю! Звон с грохотом! Дёрнуло автомат. Эхом шум разносится.

Торжествую, выдохнув с облегчением. Ведь могло и не работать, если уж не кривя душой признаться, что я очень переживал по этому поводу.

Суккубки, явно не воспринявшие всерьёз моё предупреждение, вскрикнули от неожиданности. У меня и самого зазвенело в ушах с непривычки.

Нагрудник даже не шевельнулся, хотя в нём вижу новую дыру.

От выстрела отдача хорошая, но моё мощное тело не даёт оружию и шанса дёрнуться. Думаю, если бы я расслабился, было бы даже проще, просто перебздел.

И, кажется, даже кончил. Мысленно.

Тут вдруг мысль пришла шальная: кощунство какое — то с оружием. Впервые вот так могу продемонстрировать такую мощь очаровательным боевым самочкам с врождённым чувством превосходства над людьми! А я скромно пульнул разок.

Э, нет, девчонки! Перещёлкиваю предохранитель на риску «Ав».

Прицеливаюсь, хватая жёстко, это всё — таки автоматический огонь! Жму на спуск!! И заработал затвор, как станок! Полетели гильзы.

Дзынь, дзынь, дзынь! Жму двадцать два — двадцать два… ай, млять, понеслась!! Давлю уже на «гашетку», ствол держа, всё сильнее норовящий задраться вверх.

Всю обойму всаживаю в нагрудник, гильзы фонтаном летят. Под конец броня заваливается бедная и подпрыгивает разок. Там не то что бы обе стенки, ствол дерева в щепки.

Щелчок ознаменовывает пустую обойму. Даже опомниться не успел, все пульки кончились. Опускаю свой АКМ.

От ствола тонкий дымок и запах выжженного пороха. Поворачиваюсь на воительниц, глубоко вдыхая вкус стрельб и предаваясь липкой ностальгии.

Спохватываюсь запоздало. Ох ё! Туллия вроде в другую сторону уходила⁈

Суккубки уже не в строю, они метров за десять в лесу за деревьями прячутся, выглядывая. Глаза у всех почерневшие, лица перепуганные. Арбалеты валяется на земле. Спасибо, что мечи не побросали.

Честно, не думал, что они так испугаются.

Видимо, инородный звук из другого мира усиленно воздействует на психику. И местные теряют контроль.

Широко раскрываю рот и пытаюсь избавиться от заложенности в ушах.

— Короче! — Кричу, вскидывая автомат дулом вверх, как Рембо. — Все всё поняли! Есть желающие поменять трусики? Могу дать свои новые. Хлопковые, плотные, дышащие, при беге булки не натираются.

— Пошёл нахер, Крис, — раздалось от Исидоры с обидой.

— Поддерживаю, — фыркнула Зоррин. — Пошёл в пизду, Крис.

Это они от меня нахватались. М — да.

— Объявляется обеденный перерыв, — говорю, игнорируя наезды. — Приятного аппетита. Ах, да.