Но во рту почему-то пересохло, и слов не находится.

Кэп молча шагает за порог и захлопывает за собой дверь.

— Если что, ту картошку фри я выкинула…

Очевидно, моя канцерогенная шутка не заходит, потому он грубо сдавливает мою талию и, опустив руку на задницу, дергает вверх футболку.

И пусть Архыз я сегодня не пила, но это не мешает человеку-пауку на моих трусах вопить о том, что он сейчас захлебнется.

— Ты чего делаешь, Кэп?

— Можешь считать, что сдираю с тебя юбку, — рокочет мне в щеку, пока наглая рука ныряет в мои супергеройские трусы и звонко ударяет меня по ягодице.

— Весь день игнорировал меня… — начинаю верещать я, но быстро замолкаю, потому что утыкаюсь подбородком в стену. Максим наваливается на меня со спины, слышится звук открывающейся молнии, треск рвущейся фольги, рваное дыхание.

— Вхожу в тебя сзади, — предупредительно звучит мне в ухо, и через секунду меня таранит его гигантский шлагбаум. Сидела бы Алена на ресепшене, она бы наверняка услышала мои высокочастотные «Ах» и «Черт». И много чего еще, если бы Максим не заткнул мне рот ладонью.

— Затыкаю тебе рот, — сообщает он с запозданием. Я за это на него не в обиде, потому что занята тем, что достигаю самого быстрого в своей жизни оргазма."

"Кэп так сильно вдалбливает меня в стену, что мне остается только молиться, чтобы она оказалась не из гипсокартона, и мы не вылетели хрипящей спаривающейся массой на кухню моих интеллигентных соседей.

Укус в шею он не стал анонсировать. Просто укусил, а я за это прикусила его ладонь.

— Трахаю быстро и глубоко, — глухо вибрирует на моем затылке, пока вколачивающийся в меня член пытается постучаться о мои ребра. — Блядь, какого хера ты сделала со мной, Бэмби.

27

Максим

Я привык контролировать свою жизнь и то, что сейчас со мной происходит нравится мне и не нравится одновременно. Мама часто говорила, что гордится тем, что я не по годам рассудительный, хоть и трахаю все подряд. Права как всегда. Рассудительный я не по годам. И трахаю все подряд.

На первом курсе универа меня пригласили играть за футбольную команду, и я получал от этого большой кайф. Профессионалом становиться не собирался, но спорт мне очень нравился. Я, Макс Леджер, сплошное клише звезды университета: высоченный красавчик на модной тачке, спортсмен и отличник, которому девчонки с визгами прыгают на член при первом «How are you?» И ЭмДжей у меня тоже красавчик, его показать не стыдно. Короче, на мне от рождения стоит штамп «Made with love».

Когда мои университетские друганы напивались на пятничных вечеринках, я сосал минералку и до двенадцати уезжал домой спать, потому что знал, что завтра мне предстоит игра. О-ответственность — это то, что родители привили мне с детства. С девчонками было тоже самое.