Так бы я еще долго страдала, а теперь я сделаю все, чтобы его забыть.

Леся скептически поджимает губы, явно желая мне возразить, но затем снова делает невозмутимое лицо и произносит:

— Ну тогда надеюсь, что вся эта красивая речь про предназначенного тебе человека — действительно полная хрень, а то забывать тебе придется его очень и очень долго. Тем более, что ты по-прежнему у него в офисе на стажировке.

— По поводу этого проблем не возникнет. В понедельник я позвоню к нему в офис и уволюсь.

— Да ты я, погляжу, серьезно настроена, Ники— присвистывает Леся.

— Да, серьезно. Никогда больше не хочу его видеть.

39

Максим

Кто сказал, что утро вечера мудренее — явный пиздобол. Больнее и светлее, да, но точно не мудренее. Хотя бы потому, что думать в моем состоянии совсем не получается. Виски ломит, в желудке закручивается кислотная воронка и вставать нет ни малейшего желания. Сколько я вчера выпил и как добрался домой? Начал с Сеней в «Торино», потом, кажется, поехали в «Стейк-Хаус», а дальше провал.

На часах половина девятого утра. Сегодня понедельник и это означает, что я впервые проспал на работу.

Я кое-как соскребаю себя с кровати и плетусь в душ. Делаю воду ледяной, чтобы вернуть себе способность соображать. Вот что ты сделала со мной, Бэмби. В душе творится полное дерьмо, голова трещит — хоть отрежь, я опаздываю на работу, а еще ЭмДжей от горя и холода, как штатив, вдвое сложился.

Одевшись, я спускаюсь во двор и, оглядевшись в поисках тачки, вспоминаю, что бросил ее она парковке «Торино». Вот это капец. Еще никогда я так не терял контроль над своей жизнью.

Вызываю такси и, прислонившись в входной двери, закрываю глаза. Плохая идея: меня штормит и шатает. Сегодня я впервые не забрал из дома Бэмби. Хотя она, наверняка, и не ждала. Кто теперь ее будет возить на стажировку? Кто-то из ее вассалов из аналитического? Впрочем, олененок точно не пропадет.

Такси приезжает через три минуты. Погружаюсь на задний диван и сражаюсь с приступами тошноты до тех пор, пока не доезжаю до работы. Необходимо собраться, чтобы подчиненные и Ника, в том числе, не видели в каком состоянии находится царь. Миную Алену, при виде меня встрепенувшуюся из-за стойки ресепшена, и запираюсь в кабинете. На сегодня это мое бомбоубежище. Включаю ноутбук и, сморщившись от очередного болезненного спазма в висках, открываю намеченный список дел. В десять должна состоятся планерка, но ее решаю перенести на завтра, чтобы не подрывать свой авторитет помятой физиономией. Борюсь с соблазном заглянуть в камеры, чтобы проверить как выглядит Бэмби, так же стойко, как сражался с подкатывающей тошнотой в такси, но если в случае со вторым я вышел победителем, то с камерами проигрываю.