Что касается пули, то, при попадании в верхнюю часть черепа, срубает этот самый череп наполовину. Одному попал в подбородок, так ему еще и шею перерубило, голова просто отвалилась. Расстояния здесь никакие, а четырехкратная оптика позволяет хорошо рассмотреть нанесенный ущерб. Вообще, прицелы – отдельная песня. Вначале нам выдали восьмикратники, но с такими прицелами надо уметь работать. Только очень хорошие стрелки могут ими пользоваться. Я разговаривал с другими снайперами – все пользуются стандартными трех-четырехкратниками. Для спецзаданий у нас с Муратом имеются еще и шестикратные прицелы, как по мне, так вполне хватает.

– Серег, смотри, вроде наблюдатель вылез, – оторвал меня от размышлений Мурат.

– Чего бы ему так высовываться, немцы лишний раз не рискуют, а уже если снайперы работают, то вообще боятся вылезать, – я пытался разглядеть местность вокруг. Уж слишком явно вылез этот хрен, даже воротник видно, прям – стреляй, не хочу.

– Стоп, воротничок! – я офигел от увиденного.

– Точно, вот суки, додумались до чего, – зло бросил Мурат.

Как ни хотелось фрицам выдать желаемое за действительное, а ничего у них не вышло – под немецкой шинелью я прекрасно разглядел советские петлицы.

Немцы переодели попавшего в плен красноармейца и хотели подставить его нам, чтобы засечь позиции. Ну-ну…

– Мурат, рядом смотри, левее, метров пять.

– Вижу. Перископ, похоже, – Мурат тихо выругался.

– Точно. Как думаешь – артиллеристы или «коллега»?

– Да хрен его знает, давай поиграем. Парню мы все одно не поможем – шлепнут.

– Это точно. Выходи на связь.

Отстегнув магазин, я осмотрел патроны. Порядок, пять «хрюшек» ждут своих «хозяев».

Аккуратно воткнул магазин обратно и передернул затвор. Винтовка в моих руках сыто чавкнула и, опустившись на «ноль», замерла.

– Один-ноль в мою пользу… а ты куда собрался, сейчас, подожди… на… – «Убрав» стрелка, я стал вышибать его свиту. Это и впрямь оказался снайпер, а купили мы его вот на что.

Зимин с ребятами забрали у пехотинцев немецкого солдата, попавшегося им еще утром. Переодеть-то мы его переодели, да только на этом не остановились. Толян Круглов напялил на себя немецкий френч и каску на голову. Фашисту дали разряженную винтовку и – по зубам, предупредив: если только посмотрит в сторону своих «друзей», – положим его под танк.

Фриц впечатлился и был готов сделать все, что от него потребуют. Толя шел впереди, следом – с видом конвойного – фриц. Хотя не очень у него это получалось – дрожал как осиновый лист. Внезапно Круглов прыжком выскакивает из траншеи и устремляется в сторону немцев – не прямо, конечно, а по диагонали. Ему пробежать – десяток шагов, дальше будет еще одна траншея, ведущая обратно на наши позиции.