— Судя по тому, как криво и неаккуратно обрезаны твои волосы, бежала ты в спешке.

Невесело усмехнувшись, взяла кончиками пальцев прядь грязных спутанных волос, приподняла ее над лицом, рассматривая.

М-да. Время другое, проблемы те же. Удержать удрученный вздох не удалось.

Калахан наблюдал за мной чуть отстраненно, с грустью. Ему уже удалось принять и осознать факт, что его сокровища больше нет в живых. Я же, вспомнив о том, как именно сообщила эту новость, испытала угрызения совести.

— Вы очень ее любили? — спросила, хотя не стоило, наверное, бередить чужую душу.

— Я и сейчас ее люблю.

И буду любить всегда, — сообщил он, даже не поменяв позы. — Но это, конечно же, не твое дело. Кто твой отец?

— Граф Арнольд дас Рези из королевства Дагра. Его тоже уже нет в живых. Я сирота.

— Хорошо. Значит, не к кому испытывать ревность. Как погибла Альенда?

— А где Дарио? — спросила я, пытаясь взять небольшую паузу в нелегком разговоре.

Осмысливать логику этого дракона я уже даже не пыталась. Мне ее не понять никогда, мне она чужда.

— Да где ему быть? Сидит вон, слушает нашу милую беседу за дверью. Неужели ты думаешь, он позволил бы мне остаться с тобой наедине?

Проследив взглядом направление, в котором лорд небрежно повел пальцами свободной руки, я увидела открытую дверь, ведущую в смежную комнату.

Гостиную? И да, действительно, там просматривался диван, на котором сидел Дар. Лица мне было не разглядеть, но в отсвете свечей блеснули его глаза.

Слушает, но не мешает и не уходит.

— Рассказывай. Как вы жили? Сколько лет были женаты твои родители? Как Альенда умудрилась попасть за купол Дагры? И как она погибла?

— Мне неизвестно, как мама очутилась в Дагре.

Я всегда думала, что она местная, но почему-то не хочет говорить о своей семье. Она вообще о себе ничего никогда не рассказывала. Сейчас это кажется странным, что никто ничего о ней не знал. Тогда… Раньше отчего-то воспринималось нормально. О том, что у нее есть магический дар, было известно мне и папе. Я тоже обладаю способностями, но чтобы меня не казнили за них, пришлось чуть ли не с рождения носить блокирующий амулет. Как мама скрывала свои умения, я не знаю. А мой отец был самым обычным неодаренным человеком. Но очень добрым и щедрым.

— Ты знала, что Альенда — сидхе? Ты тоже сидхе. — И едва слышно с неимоверной горечью в голосе прошептал: — Потому она и не хотела подарить мне дитя.

— Теперь знаю, что я сидхе, — грустно отозвалась я, проигнорировав не предназначенное мне личное признание.

Из соседней комнаты донесся глухой смешок.

Повозившись, я приняла сидячее положение. Разговор затягивался, не ограничившись кратким изложением. Так что я села, спустив ноги на пол. Вздохнула и начала повествование…

В этом временном потоке всё шло не так.