– Это даже попыткой сложно назвать, – нагнулся и поцеловал все то же плечико… через одеяло, что меня почему-то совсем не устраивало.

– Мне не до побегов было, – решила выкрутиться я, – у меня тут знакомство с местным женским обществом состоялось, и это на тот момент было важнее.

Тихий смешок и несколько осуждающее:

– Местное женское общество после знакомства не доползло не то что до дверей дворца, некоторые заснули в процессе подползания к диванам, креслам и даже скамьям.

Это попытка воззвать к моей совести?

– Тут главное – практика, – с видом знатока ответила я и стянула одеяло с плеча – пусть сам угрызениями совести мучается.

Вздохнул, судорожно. Затем спросил:

– Не хочешь жить здесь?

Надо же, мы догадливые!

Я развернулась, легла на спину и посмотрела на воина. Воин почему-то напрягся, причем заметно так – мышцы обозначились мгновенно, а затем одеяло натянули мне по самую шею, причем быстрым, резким и каким-то судорожным движением. По этому поводу у меня тоже возникли вопросы, но сейчас значительно важнее было другое – выяснить все касаемо моего статуса.

– Можно вопрос? – Я очаровательно улыбнулась Эрану. – Почему ты сегодня появился во дворце хассара Айгора?

Его рука мягко легла на мой животик, начала осторожно гладить… одеяло. Что меня окончательно расстроило.

– Ты понимаешь, что за обман повелителя твоего отца ожидают весьма суровые санкции с моей стороны?

– Горевать не буду, – честно ответила я. – У нас отношения как-то не сложились.

И я улыбнулась, не желая продолжать дальше.

– Хассарат Айгора – одна из самых закрытых территорий на Иристане, – медленно проговорил Эран. – Воины Айгора многочисленны, агрессивны, преданы своему хассару и не оставляют надежды завоевать положение правящего клана.

У меня от удивления рот открылся – то есть Эран в курсе планов папандра по захвату власти?! Поверить не могу.

– Обычно я не вмешиваюсь во внутренние дела хассаратов, – продолжил повелитель Иристана, – это не в моих интересах и не в интересах тар-энов. Традиции Иристана обоснованны, Киран, и первое, на чем держится власть, – сила. Но один воин ничто. Как бы ни был силен один, двое, трое или в крайнем случае четверо сумеют победить даже сильнейшего. Именно поэтому появились кланы. В каждом клане жесткая иерархия, но… мы сейчас не об этом. Хассар, каждый хассар, – это всегда глава клана. То есть гарантом его власти, его армией, органами контроля выступают воины клана, понимаешь? У нас нет привычного для межгалактического союза института государства. У нас право сильнейшего – все. Глава клана – сильнейший в клане, и потому весь клан ему подчиняется.