Впрочем, папандр и не бежал – он мчался, как торпеда на цель!

Я моментально оказалась позади синеглазого, который мощной грудью встал на мою защиту. Да что там грудь – это была стена, которая подавила папандра морально, заставив того остановиться в двух шагах от нас и стоять, тяжело дыша и очень напоминая сейчас бойцового пса на ринге, разве что не рычал. А нет, вру – зарычал все же, когда очередная трель взорвала его сейр.

– Да-да, – пропела абсолютно счастливая я, обнимая со спины своего воина, который избавил от необходимости принимать дар жизни Нрого ради своего спасения, – и даже дом у озера…

Ответом на мои слова был хрип. Я же нагло высунулась из-за спины повелителя и почти пропела:

– А я предупреждала, отец. Причем заметь – неоднократно.

После чего, осмелев окончательно, вышла из-за спины синеглазого, скрестила руки на груди и мстительно добавила:

– Да, отец, я не мама – объявлять голодовки и совершать ритуальные самоубийства действительно не стану. Я буду мстить! До последнего! Всегда! А ты посиди без крыши над головой, подумай о своих жизненных приоритетах! И может, дойдет наконец – я не буду марионеткой в твоих политических играх! И маму тебе никогда не отдам!

Когда я завершила свою речь, вокруг нас снова было тихо, не считая гудящей земли и складывающегося карточным домиком дворца хассара. И на меня смотрели все, абсолютно, причем особенно пристально те, кто только что лишился жилья. Но это была победа, полная и безоговорочная! Моя победа!

Правда, ее попытались отнять – хассар Айгора выпрямился, постарался держаться с достоинством и громко, официально потребовал ответ на вопрос:

– Киран МакВаррас, ты причастна к разрушению дома воина?

Атом нестабильный, я что, идиотка, чтобы в своих грешках признаваться?

– Какого дома? – невинно хлопая ресничками, спросила я и добавила: – Как может слабая, умом недалекая и беззащитная женщина разрушить дом великого воина?

Кажется, сейчас кого-то хватит удар! Папандра перекосило. Реально перекосило от ярости.

– И как я могла бы… шесть домов одновременно, я же все время была тут, прямо рядом, под вашим неусыпным вниманием, великий воин. – И как довершающий удар мстительная такая ухмылочка и сокровенное: – Это вас, дорогой батюшка, вероятно, боги покарали. Ну, есть же на Иристане боги, да?

Хассар Айгора вздрогнул. Ненависть, дикая, всепоглощающая ненависть была почти физически ощутима, но даже это не заставило меня промолчать, и я тихо сказала:

– Намекаешь, что я только что нажила себе врага?

Глаза папандра сузились. Я улыбнулась и добавила:

– Как кадет Космического университета, я четко следую правилу – не оставлять врагов в живых.

Да, это была угроза.