Лучше быть уважаемой женой, чем…

– Договаривай, Ар! – неожиданно жестким, совсем не свойственным мне тоном потребовала я.

Не договорил, нервно погладил по плечам и отошел к окну. Потом резко, отрывисто начал рассказывать:

– Хассар просил поговорить с тобой. Говорит – его слов ты не слышишь, надеялся, что услышишь мои.

Не нравилось мне все это, но вот тот факт, что мне уже хорошо и чувствую себя снова полной сил, это мне очень по душе было.

– Ладно, рассказывай, – я направилась к выходу из спальни, раздеваясь по пути следования, – только ты на ходу рассказывай, а то мне помыться бы после всего.

Ар хмыкнул, но пошел за мной.

А в своей гостиной, опять же почему-то разгромленной, я узрела Икаса, перепуганными глазами на меня взирающего. Дверь в гостиную была открыта, сам Икасик тяжело дышал, а в коридоре слышался топот. Сначала ворвался пораненный Нрого, причем топал не он, этот двигался бесшумно, за ним вбежали еще три воина МакДрагар, которые как раз таки и топали, а еще были изрядно пожеваны. Но они хоть выглядели прилично, а я в спортивном бюстике и штанах только. Впрочем, меня личный вид интересовал ровно до той секунды, как я снова на Икаса посмотрела.

– Убью! – честно обрадовала я присутствующих. – Всех убью!

У зверя моего была порвана пасть, кровь стекала на пол, а еще на его шее оказалась выдрана шерсть, а еще он как-то странно придерживал лапу переднюю, а еще я, кажется, сообразила, чей оскал изукрасил Нроговы трицепсы!

– Киран! – Нрого сделал шаг в мою сторону и был остановлен глухим, угрожающим рычанием Икаса, – у него бешенство, Киран. Икаса придется усыпить.

Смотрю на Икасика – у того взгляд влажный, и никакой пены изо рта… А по идее, должна быть, как и взгляд невменяемый.

– Шерстюсик, что они с тобой сделали? – полностью игнорируя Нрого, я потопала к Икасу.

– КИРАН! – Вопль воина заставил остановиться. – Кира, девочка моя, я сейчас пытаюсь просто его схватить, но, если твоей жизни будет угрожать хоть малейшая опасность, я убью зверя! Стой где стоишь!

Бросаю еще один взгляд на зверя, потом на Нрого, потом снова на Икаса. Никакого бешенства я не наблюдаю! Вижу, что шерстюсику больно, вижу отчетливо, да и капающая кровь прямое тому доказательство. Вспоминаю недавние события, поведение Акаши, Икаса, прикованного в моей камере, смерть Наски и начинаю соображать. Сообразила!

– Икас, в спальню! На постель, живо!

Зверь дернулся исполнять приказ, но тут же остановился, глядя на Нрого и рыча.

– Исполнять! – прикрикнула я.

Снежная смерть метнулся в открытую дверь, по дуге обойдя Ара. В ту же секунду, как он скрылся в моей спальне, я совершила подлость.