Что-то необъяснимое… непоправимое… Самолет сильно дернулся вверх, будто рыбину на крючок поймали и резко выдернули из воды, отчего нас мощно вдавило в кресла. Боинг, рванувший в небеса с огромной скоростью, сильно трясло, зубы у всех стучали, грозя стереться до основания.

Впереди кто-то тонко в ужасе закричал, следом я увидела, как вдоль прохода прямо на нас полетела стюардесса, ударяясь о ручки и боковины кресел, но не могла зацепиться ни за одно. Боже, она же убьется, либо покалечится. Неожиданно Глеб резко подался вбок и успел перехватить ее поперек туловища. Мы с Улькой тут же вцепились в бедняжку, помогая Глебу затащить ее на наш ряд целиком, чтобы не оставлять конечности торчащими в проходе, мало ли что там еще полетит. Роман рывком дернул стюардессу на себя, и мы облегченно выдохнули. Спасенная девушка, вся в кровоточащих ссадинах, лежала с закрытыми глазами, рвано дышала, на ее лбу наливалась синевой большущая шишка, глаз постепенно заплывал. «Кристина» – значилось имя на бейджике, а я думала, что все они Жанны. Глупая неуместная шутка неожиданно развеселила меня. Кажется, подступила истерика.

Глеб тоже пострадал, тихо шипел, поглаживая плечо. Уля тихо шепнула, что он мог его вывихнуть. Очень хотелось знать, что происходит, но тут сидящие у иллюминаторов заорали не своими голосами:

– В нас кто-то врезался?

– Тогда бы уже упали, а нас несет вверх…

– Может, вспышка на солнце?..

– Спутник упал и нас зацепил!..

– Нас НЛО похищают… на опыты…

Предположения звучали со всех сторон, самые нелепые и безумные, пока вдруг не замолчали двигатели. Все и разом! Голоса сразу стихли, каждый вслушивался в эту давящую на психику тишину, ставшую такой гулкой, будто мы в огромную пещеру попали, когда даже дыхание разносится эхом. Потом иллюминаторы разом покрылись льдом, в салоне стало холодно, вскоре и вовсе разлился лютый мороз.

– Что, мать вашу, происходит?! – заорали из бизнеса, приправив вопрос русским трехэтажным.

Снова крики, плач, у кого-то началась истерика, паника. У кого-то сердце не выдержало. По моей щеке скатилась слеза. Мы с Улькой молчали, но не из-за твердости духа, лично у меня просто ужасом горло свело. Обернувшись к ней, я неожиданно ощутила всплеск веселья: Глеб одной рукой держал ноги Кристины, второй – обнимал Улю. Его лицо было напряженным, хмурым, но, поймав мой взгляд, натянул улыбку и выдавил:

– Все будет хорошо, не паникуй!

Нас снова нещадно тряхнуло, окончательно перепугав. Неожиданно сверху прямо на нас что-то упало, как черт из табакерки. Рядом дернулся Рома и буквально оглушил меня криком. Я тоже вздрогнула, ощутив, как лица коснулась… тьфу-ты, желтая маска для дыхания. Кое-как придерживая лежащую практически полностью на мне Кристину, я надела маску и жадно вдохнула.