Вдруг какая всходы даст.

– Кобель! – проворчала я для проформы.

Добравшись до спального этажа, на эмоциях, не подумав, ввалилась в нашу с Улей каюту и замерла у порога, вытаращившись во все глаза на занятную картину. Я никогда не видела вживую, как другие занимаются любовью, только по телевизору, а тут – во всей красе перед глазами шикарный обнаженный зад Глеба с соблазнительными ямочками! И спина у строителя такая широкая, как там… косая сажень в плечах. Вот! И как ритмично двигаются его бедра… Я аж взмокла от смущения и возбуждения. Мне бы потихоньку уйти, но я застыла истуканом. Не моргнуть, ни пикнуть.

Что это, вообще, такое?

Зато я наконец-то отмерла и вымелась в коридор, где, привалившись к стене, сделала пару жадных вдохов-выдохов, успокаивая расшалившиеся гормоны.

Перед внутренним взором как прикипела картинка обнаженных ног Ульяны, обхвативших талию Глеба. И его толчки: резкие, мощные, такие истинно мужские, самцовые.

Мама дорогая, как мне это развидеть?

Мне не хотелось забывать, как Глеб шептал Уле о любви, а она в голос стонала от удовольствия. В этот миг они оба выглядели настолько чувственно и страстно, что я не осмелилась уничтожить эту красоту. Возбуждающую и порочную, но такую яркую и романтичную.

Приложив ладони к горящим щекам, я пристыженно рванула прочь. Надо найти свободную, никем не занятую каюту и посидеть там, побыть наедине с собой. В общем, через пару минут я спряталась дальше по коридору. Завалилась на матрас и, сложив, как труп, руки на груди, задумалась о жизни.

Если бы мы были на Земле, мы бы с Ульянкой укатили в клуб, чтобы развеяться. Или на дачу к ее гостеприимной бабушке Розе. Там целая усадьба, уютная и зеленая. Но мы в космосе, на огромном корабле пришельцев, летим в неизвестность и вокруг нас только вселенская тьма и звезды.

– Так хочется увидеть окружающие нас звезды! – выдохнула я.

И потолок надо мной преобразился в экран с видами космоса. Я с замиранием сердца смотрела на эту красоту, успокаиваясь окончательно.

Оказалось, может и легко. Покопался. Будто из стен полилась тихая музыка, наполненная таинственными переливами звуков, которые очень подходили видам на экране.

Я увидела на фоне самого мироздания огромный шар, нет, скорее, эллипс, черный, безликий, похожий на потухшую планету. И вот на одном из полюсов этого черного приплюснутого шара я заметила крохотную, едва заметную светящуюся точечку.

Я увидела, что этот огромный шар состоял сплошь из шестигранных ячеек, глянцево-черных, будто бы неживых. Действительно улей, раз состоит из сот. Значит, я не ошиблась вчера, назвав себя королевой улья по ассоциации с пчелами и их маткой.