Мясо волков смертельно опасно для человека, - заметил я, морщась от предстоящего объёма работы, да и запах вокруг стоял тот ещё, - думаю, и пещерных львов тоже.

Артём уехал, а я остался сторожить добытые сокровища. Снова залез на дерево и, приложив к глазам бинокль, оглядел окрестности. Но на удивление всё было тихо, если не считать крики птиц и шум реки вдалеке.

Парни вернулись через пару часов и сразу же приступили к снятию шкур. Восхищённые вздохи аборигенов и их полные восхищения взгляды немного тешили моё самолюбие, но я прекрасно понимал – не будь у нас огнестрела, мы бы никогда не смогли так просто победить столь грозных противников.

- Не забывай, - словно прочитав мои мысли, улыбнулся Артём, - когда у нас закончатся пули, то будем изворачиваться и придумывать другие способы охоты. Те же волчьи ямы никто не отменял. Луки и стрелы, надо будет - сочиним арбалет; у нас за плечами вековой опыт, накопленный человечеством. Так что не пропадём.

С разделкой провозились до вечера, сделали один раз перерыв, чтобы перекусить и только в сумерках вернулись домой. Голодные, грязные, но довольные. Женщины тут же приступили к обработке шкур по своему методу, мы не стали вмешиваться, отправились в автодом – жуть как хотелось помыться.

Вечером уже в автодоме, приняв душ и заварив один пакетик чая на двоих, с удовольствием присел в кресло и, обхватив руками кружку, с наслаждением сделал глоток обжигающего напитка. Брат не отставал, заметил только:

- Чай закончится, будем заваривать местную траву.

- Пфф! – фыркнул я, откидываясь на спинку стула, - грядут сложные времена.

- Да уж, - покачал головой Артём. – Слушай, вот что странно, заметил ли ты изменения в себе, в своем организме? – и смотрит на меня испытующе, я же, проведя языком по проклюнувшимся зубам мудрости, что несколько лет назад удалил, кивнул:

- У меня зубы мудрости вдруг полезли, правда, как-то не болят и не тревожат.

- Вот-вот, а я сегодня, принимая душ, случайно обратил внимание на то, что у меня практически исчез шрам от аппендицита, и рублёная рана на руке подозрительно разглаживается!

- Вот как, у меня пара ножевых есть на спине, - подскочил я, задирая рубаху, - глянь, тоже исчезают?

Тёма поднялся следом за мной и вгляделся мне в спину.

- Тут немного видно рубец, - провел он пальцем под лопаткой, - и всё. Ничего больше не замечаю.

- Вот тут должно быть, - прижал я ладонь к печени и чуть дальше, - стоп, не чувствую ничего.

- О чём я и говорю, у меня седины поубавилось, совсем немного, но виски потемнели.

- Ага, вижу, - обратил я внимание на его шевелюру.

- И в целом я чувствую себя гораздо лучше, как будто скинул пару тройку лет. А может и все пять.

- Странные дела творятся, - вздохнул я, возвращаясь в своё кресло.