– Таково наше гостеприимство, – повторил Ястреб.

– А ты все еще не нашел себе жену? – обратился Бешеная Лошадь к Слоану.

– У Ночного Кугуара женщин много, – подпустил шпильку Ясень.

Слоан пожал плечами, на лице не дрогнул ни один мускул.

– Ах эти жены, женщины! Так похожи на солнце, верно? Красивые, ослепительные… обжигающие. С ними забываешь об осторожности. Нет, Бешеная Лошадь, для меня еще жены не нашлось.

– И детей нет, – печально произнес вождь, чем вызвал у Слоана не менее печальную улыбку.

– Ты прав, мой друг.

Но вот гости встали, пожелали Бешеной Лошади добрых снов и начали расходиться.

Стояла глубокая ночь. Прохладный воздух напоен ароматами трав. Небо, точно бархатное полотно без конца и края, усеяно звездами. Прекрасная земля укутана красотой ночи.

Как только они вышли из жилища Бешеной Лошади, Серебристый Ворон протянул руку в том направлении, где был установлен новый вигвам, подаренный индейскими женщинами Скайлар, и сказал:

– Доброго тебе сна, братец! – И, хлопнув Ястреба по спине, он отправился вместе с братьями к вигваму их сестры.

– Хм-м. Жилище совсем неплохое. На Мэйфэйр, конечно, не похоже, но одно преимущество есть – оно полностью принадлежит ей.

Я ведь сам сказал ей, что вигвам является собственностью жены. Как удобно! Лучше, если рядом не будет посторонних, когда ты сообщишь ей, что на обед к вам приглашен Бешеная Лошадь! – усмехнулся Слоан.

– Ты всегда найдешь как испортить настроение! – проворчал Ястреб.

– Считай, что просто ночь выдалась не слишком удачной! Сам подумай, времени ты дал ей уйму, – не унимался Слоан.

– Разве у меня был выбор? – возразил Ястреб.

– Это точно! – Слоан все еще смеялся, но внезапно отчего-то погрустнел, покачал головой и устремил глаза в небо.

 – По правде говоря, я тебе завидую! – беззаботно произнес он. – Спокойной ночи, Ястреб. – Он повернулся и пошел в ту сторону, где совсем недавно скрылись двоюродные братья Ястреба.

Видно было, как внутри вигвамов горят костры; дым тонкими струйками поднимался в небо. Легкий ветерок колыхал траву. Яркие звезды отражались в реке.

На мгновение Ястреб остановился.

А затем решительно направился к новому дому своей жены.

Вигвам был и в самом деле хорош – женщины потрудились на славу.

Белоснежный, сшитый из выгоревших на солнце бизоньих шкур, он весь был разрисован картинками из жизни Ястреба, сначала ребенка, потом юноши, принимавшего участие в ритуальном Солнечном танце, храброго воина, сражавшегося против индейцев кроу. Картинки его отъезда со своим отцом; война белых, в которой он воевал против своих людей; брак и потеря любимых. Были и сценки, иллюстрирующие годы жизни в поместье Мэйфэйр; а вот картинка, запечатлевшая тот миг, когда он прибыл в лагерь своего деда вместе с новой женой.