После такого она будет смотреть на меня как на грязь под ногами. Да я и сам так на себя смотрю, когда вспоминаю. Стоит ли говорить о рогах? Что могу уловить ее эмоции, если пожелаю?

Златовласка улыбнулась и замерла, точно лань на водопое. Она пыталась быть доброжелательной, но свежий запах эдельвейса в этот момент смешался с еле заметной, пока еще очень тонкой кисловатой ноткой не то страха, не то напряжения.

Нет, наверное, не стоит этого говорить. Во-первых, теперь рога могут запросто меня обмануть, а во-вторых, это ее напугает еще больше.

– Да вроде все.

 – Пожал плечами.

Из огромных карих омутов Лесты исчезла настороженность, и я убедился, что принял правильное решение.

– Какие у тебя планы на сегодня? Давай помогу?

Поднялся, собрал всю посуду. Окно у раковины выходило на южную часть участка. Пока мы завтракали, местное голубое светило уже поднялось над горизонтом. Судя по отсутствию облаков, день обещал быть знойным. Я думал, что Леста захочет поплавать в озере, позагорать или встретиться с друзьями, но она меня удивила.

– Надо убраться в доме, несколько дней назад наметила, да все не было времени.

Потом обработать корни кистаса, что соседка выкорчевала, иначе они загниют, ну и немного поработать.

– Поработать? – эхом произнес, нахмурившись.

– Ничего сложного. – Леста неожиданно тепло улыбнулась. – Я пеку пироги и тортики на заказ. В постоянных покупателях – несколько соседей и два дома маэстро. У нас оговорено, что могу сколько угодно экспериментировать на свой вкус, они просто выкупают готовую кулинарию. Мне это скорее в радость, ну и секкеры лишними не бывают.

Признание огорошило. Нет, интуитивно я понимал, что девушка живет одна и, по-видимому, сама зарабатывает на жизнь, но все равно было странно и непривычно.

Цваргини работали крайне редко. Семейный бизнес, управление финансовыми активами, актерское мастерство или благотворительность – максимум того, чем занимались женщины на моей родине. Ручной труд и любая неинтеллектуальная работа испокон веков считались у них позором и чуть ли не деградацией. К тому же, одно дело стандартные траты на еду и одежду, и совсем другое – собственный дом, свежий ремонт, простая, но добротная мебель, современная техника… Неужели она в столь юном возрасте сама на все заработала? Обвел взглядом помещение, думая, как потактичнее сформулировать вопрос.

– А на этот дом ты кулинарией заработала?

Получилось не очень вежливо, но Леста не обиделась.

– Нет, дом… – на миг задумалась, – что-то вроде наследства.

Странно, у меня сложилось впечатление, что она не очень долго живет на Оентале.

– И ты все время живешь здесь одна?

– Да. А что не так? – Блондинка посмотрела на меня, внезапно прищурившись.