Она ведь не встала на его сторону во время последнего совещания следственной группы, поскольку все еще не оправилась от шока.

— И все-таки я должна это знать, Винсент.

Менталист, восхищенно любовавшийся летним градом, перевел взгляд на нее.

— Обещаю, что спрашиваю об этом в первый и последний раз, но будь со мной честен. Ты причастен к этому? Просто скажи, да или нет.

Мина увидела, как ранили Винсента эти слова. Как сразу поникли плечи и пропал блеск в глазах. Но она не могла не спросить — раз и навсегда. Винсент отвернулся и долго молчал, а потом шагнул вперед, под градины.

— Если б это было так, — ответил он, — как считаешь, согласился бы я на твое предложение принять участие в расследовании? Или думаешь, одного твоего появления в Евле оказалось достаточно, чтобы я переметнулся на другую сторону? Ясное дело, я тут ни при чем.

Градины застревали в его светлых волосах, сыпались на плечи и за воротник и таяли, стекая по спине холодными ручейками.

— Прости, — смутилась Мина. — Я должна была спросить.

Винсент повернулся и посмотрел ей в глаза:

— Должна, правда? Я‐то надеялся, что мы достаточно узнали друг друга, чтобы…

Мина кивнула в знак того, что слушает, но менталист замолчал.

Тогда она тоже вышла на град и встала рядом с ним. Немного холодной воды — это ведь не смертельно. Вместе они смотрели на мокрые крыши. Не успев сообразить, что делает, Мина взяла руку Винсента, так что их пальцы сплелись, и замерла в ожидании его реакции. Но менталист не отстранился, а лишь крепче сжал ее ладонь.

— Ты думал, мы лучше знаем друг друга, — повторила она его фразу.

Винсент кивнул, потом прищурился на град и вздрогнул.

— Боже мой, — сказал он. — Мне показалось, что там, в толпе, Анна…

Она обернулась, но лица сгрудившихся под брезентом людей были плохо различимы за стеной града.

— Это не она. — Мина тряхнула головой. — У тебя галлюцинации, поздравляю.

Град прекратился так же внезапно, как и начался. Люди начали осторожно выходить из-под брезента. Винсент с Миной разжали руки.

— И теперь, — сказала она, глядя на коробку с намокшей лапшой в другой руке, — ты хочешь переметнуться обратно?

Винсент отыскал глазами мусорную корзину, чтобы выбросить то, что осталось от их обеда, выудил из кармана пузырек со спиртом и протянул Мине.

— Я переметнусь туда, куда ты скажешь, — ответил он. — Я думал, ты уже знаешь об этом.

— Согласно версии Винсента, у нас есть дата следующего убийства. И поскольку первые три были совершены в Стокгольме, можно ожидать, что и четвертое не станет исключением.

Рубен скептически посмотрел на Юлию, лишь только та замолчала.

— Винсент, да, — начал он.