– Никто не любит, мой мальчик. Никто не хочет добровольно надеть кандалы. Но рано или поздно это случается с каждым из нас.

Алекс подумал, что лучше поздно, чем рано. Он точно знал, что малышка Дафна никогда не станет его женой.

– Сожалею, сэр, но не могу признать действительной сделку, которую вы когда-то заключили с моим отцом. Тем более что моего отца давно нет в живых.

– Черт побери, так почему же ты позволил нам надеяться? Ты везде сопровождал девочку, покупал ей цветы. Моя жена мне об этом писала.

– Я просто хотел, чтобы выход вашей дочери в свет был успешным, вот и все, я действовал из лучших побуждений – по-дружески, по-соседски, по-братски, если хотите.

И ничего больше.

Брэнфорд бросил на него хмурый взгляд исподлобья. Алекс продолжал:

– Вы и ваша супруга всегда были добры ко мне, и я хотел отплатить вам тем же. – Да, ни одно доброе дело не остается безнаказанным, подумал Алекс. Скорее небо упадет на землю, чем он когда-нибудь окажет услугу тому, у кого есть дочь на выданье! Или племянница, или золовка, или троюродная кузина.

– Ну что ж, а я-то, старый дурак, полагал, что одного честного слова достаточно для джентльмена.

Теперь нахмурился Алекс. Ему показалось обидным, что эта деревенщина ставит под сомнение его честь.

– Я не давал вам честного слова, сэр. Да, я знаю, в то время я был еще подростком. Однако теперь уже давно не ребенок и никому не позволю принимать важные, определяющие мою дальнейшую судьбу решения за меня самого.

– Гм… А я думал, что это Джонатан самый упрямый и своевольный из вас двоих.

– Джек своевольный. А я – граф Кард, – многозначительно произнес Алекс.

– Очень хорошо. Я уступаю. Даю тебе день или два на то чтобы ты подумал, как все это объяснить моей крошке.

А меня уволь, я умываю руки. Кто знает, может, ты еще одумаешься?

Алекс покачал головой:

– До конца лета я не собираюсь возвращаться в Лондон.

– Ах, тебе не обязательно отправляться в Лондон. Как только я услышал, что ты приехал, я сразу отправил послание моим дамам: Они будут дома завтра, самое позднее – послезавтра. Ты придешь к нам на ужин?

Уходя, Алекс в спешке споткнулся о скамеечку для ног. Он не подал соседу руки на прощание, чтобы, не дай Бог, привычное рукопожатие не было истолковано как согласие совершить сделку.

Алекс на всю жизнь запомнит, что может случиться, когда два соседа ударяют по рукам.

– Собирай вещи, – снова приказал он своему камердинеру, который в этот момент только что закончил раскладывать по местам лондонский гардероб его сиятельства. – Отмени все мои встречи, – дал Кард распоряжение своему дворецкому, который впервые услышал, что у графа вообще были какие-то планы. Вместо этого слуга решил сообщить повару, что ужин отменяется. – Седлай мою лошадь, – велел он кучеру.