Поэтому я была вынуждена предпринять меры для прекращения развязанной вакханалии…

— … Условие, чтобы я держала рот закрытым, у меня одно — отстаньте от меня! Возвращаться на родину я не собираюсь, и сменю гражданство так быстро, как только сумею. Просто забудьте о моём существовании, а я нигде не стану вспоминать о вашем. Давайте расстанемся по–хорошему.

— Господин посол, если вы не знаете, кому именно направить моё сообщение, отправьте его прямо президенту вашей страны. Почему–то я уверена, что она знает, кому его адресовать. С уважением, Агдан.

— И к тому же об этом знает всё больше и больше людей, — недовольно комментирует президент страны. — Это уже известно в нашем японском посольстве и в министерстве иностранных дел, откуда мне передали угрозы этой, в конец обнаглевшей идиотки! И всякий их прочитавший, рассказывает о них всем, кому только может! Остаётся лишь ждать, когда текст целиком появится в СМИ!

— Посольство это послание разве не дипломатической почтой пересылало?

— Не знаю. Но всё равно, они ведь там прочитали. И в МИДе — тоже прочитали!

— Да все всё должны, но никто не спешит выполнять! Вон, в министерстве юстиции целых три дня потратили только на «выяснение обстоятельств», прежде чем отправить дело на пересмотр!

— Что они так долго выясняли?

— Пострадавшую искали! Пожилую аджуму, которую обокрали! Без истца, видите ли, они не могут ничего сделать!

— В какой–то больнице.

Недовольно поведя плечами, госпожа президент встаёт с кресла и, сделав несколько шагов, подходит к окну.

— Онни, мне кажется, уголовные дела, когда потерпевший умер, возобновляются по требованию родственников. Быстро, как ты хотела, такое сделать не получится. Поэтому, прокуратуре пришлось потратить больше времени.

— Даже так? — удивлённо приподнимает брови СунСиль. — И что теперь?

— Теперь нужно всё отменять! — рявкает её подруга. — Вместо того, чтобы оценить состояние заявительницы и сообщить руководству, они открыли дело! Обрадовались, что нашли! А теперь не знают, как быть дальше. Ну не идиоты ли⁈

— Почему они вдруг — «не знают»? Ведь есть процедура?

— Какое–то заболевание. Неизлечимое.

— Понятно, — кивает СунСиль. — Тогда юристам придётся искать родственников этой тётушки. Или, может, тебе стоит отказаться от своего плана? Скажем, «после тщательной проверки вновь открывшихся данных»?

Президент некоторое время молча думает, смотря в окно и скрестив на груди руки.

— Утечка точно случится, — наконец нарушает она установившуюся тишину, имея в виду угрозы ЮнМи. — Если стану «прыгать», отдавая противоположные указания в короткий срок, совсем потеряю лицо. Лучше, если «всё хорошенько проверят», скажем, в течение месяца, и после этого дело закроют.