Девочки, занимаясь проституцией, зарабатывают от одного до двух миллионов йен в месяц (от 6 до 13 тысяч долларов в месяц), и никто не заставляет их учиться. Мальчики, работая сутенёрами и продавая наркотики, зарабатывают столько же и даже больше. С деньгами у них всё в порядке.

Расслабляюсь, отключая активную мозговую деятельность, тем самым предлагая подсознанию взять поиск решения на себя. Подсознание мудрое… В нём всё, начиная с ящериц и птеродактилей…

Спустя три глотка чая в голове «всплывает» мысль: может, попросить Акиро пригласить куда–нибудь ЮнМи? В оперу, на концерт или в ресторан… Ну типа, вроде как извинение с её стороны…

Ладно, посмотрю, как будет завтра и, если послания от Акиро не появится, разрешу ему пригласить ЮнМи на мероприятие уровня, достойного этого обидчивого самурая. Может, он сегодня просто забыл или не успел?

— Я посланник, принёсший плохую весть, — с серьёзным видом заявляет Акиро.

Какие могут быть плохие новости, если я сегодня вновь получил маленький букетик цветов для ЮнМи вместе с открыточной — «Хорошего дня, Принцесса!». Разве могут быть плохие новости в «хороший день»? Совершенно такое невозможно! Кстати, что женщины делают с накопившимися цветами от поклонников? Выкидывают? Скорее всего да. Куда их ещё девать? Но как–то «не комильфо». Человек старался, а тут раз! И на помойку…

— Вчера вечером по новостным каналам Кореи прошла информация о том, что прокуратура Сеула решила ещё раз рассмотреть ваше прошлое дело, Агдан–сан.

О! Ко мне вновь обращаются «Агдан–сан». Впрочем, при разговоре присутствует Харуко, а называть по именам, с Акиро была договорённость только будучи наедине… Что там опять корейцы суетятся, чего им от меня понадобилось?

— Вы можете уточнить, о каком именно уголовном деле идёт речь, Акиро–сан? — спокойно спрашиваю я и уточняю: — У меня их было несколько.

— Дело о краже, — отвечает Акиро.

— Оу, понятно. А вы случайно не знаете, почему они решили это сделать?

— Как сообщили в СМИ: «в связи с вновь открывшимися обстоятельствами».

— И… прокуратура хочет, чтобы я всё бросила и понеслась к ним, давать показания? Угадала?

— Пока известно только о желании надзорного органа снова опросить всех свидетелей процесса. Если этого окажется недостаточно, то для дачи показаний могут вызвать и вас.

— И я не попадаю на награждение в Императорский дворец, — понимающе киваю я. — Замечательно!

— Что в этом «замечательного»? — не поняв моего сарказма, удивляется Акиро.

Акиро на несколько секунд задумывается.

«Вот сволочи! — думаю я о корейцах, смотря как Акиро недовольно хмурится. — Ну уехал уже, не лезу с советами, делайте что хотите. Нет, неймётся! И за границей достать решили! Твари…»

— Суд состоялся, я признана невиновной, дело закрыто, — говорю я.