То, что со мной сделал человек, считавшийся отцом, уже не исправят никакие деньги.

Я возненавидел его еще больше после того, как грубо обошелся с Алисой. Насилие. Вот единственное, что мне демонстрировал мой отец. И я презирал себя, понимая, что этим поступком лишь подтвердил, что я его сын.

Но что-то произошло, когда я узнал о его смерти.

Будто какой-то щелчок в груди переключил все мое подсознание, и я почувствовал себя свободным. По-настоящему.

Пускай мой рацион сузился с ресторанного меню до овсяной каши, яиц и пельменей, а пафосная тачка — на две беговые, но что-то произошло.

Я понял это, когда открыл объявления о поиске сотрудников, когда почувствовал вкус еды, пусть даже самой простой, когда проснулся и вышел на пробежку, а после записался в зал на районе. Что-то изменилось, и я не мог понять — что, но мне это нравилось.

Там же я познакомился с Расулом Магомедовичем, преподавателем самбо в одной спортивной школе, а впоследствии этот мужчина дал мне столько, сколько я не получал от родного отца. И никогда бы не получил.

Расул Магомедович рассмотрел во мне потенциал, а я не стал отказываться от его предложения по тренерству. Он помог мне зачислиться в универ благодаря своему знакомому, которым оказался отец Смайла. Мир тесен, чтоб его. На руку пошли и мои предыдущие достижения в спорте, так что я перевелся сразу на третий курс. И в итоге попал туда, где я есть.

Но все перевернулось к чертовой матери, когда я вышел в свет и старые знакомства снова начали всплывать в моей жизни. А потом я появился в том клубе и понял, насколько моя судьба коварная сука.

* * *Наутро моя серость никуда не исчезает. Вместо того чтобы выйти с пацанами на пробежку, я продолжаю сидеть на кровати с телефоном в руках. Пишу уже пятый вариант сообщения Алисе, но снова стираю. Все не то.

Может, позвонить? Но что я ей скажу?

Закусив губу, медленно мотаю головой. Нет. Тоже не то. После вчерашней встречи, думаю, не стоит. К разговорам она не особо готова. И повода-то, сука, нет никакого позвать ее опять куда-то.

А вот это вот ее:

Всего хорошего тебе, Илай.

Это что, блядь, типа она простилась со мной?

Будто и не знала меня раньше. Знает же, что я упертый. Вот только теперь действовать нужно осторожнее. Чтобы не спугнуть. Без грубости и фанатизма.

Пишу очередное сообщение с предложением сходить поужинать, но снова стираю. Откажет. Интуиция, мать ее. Надо что-то другое. Но что?

Не хочется себя задвигать еще дальше, но и ждать очередной случайной встречи — бред.

Усмехаюсь. Глухо. Пиздец какой-то, мне сейчас надо на тренировку настраиваться, а не страдать хуйней.

Надо либо что-то написать, либо отпустить все к чертовой матери и жить дальше.

Не клеится у нас, может, и не стоит пытаться стучаться башкой в закрытые двери.