Но надеяться, что при осмотре удастся скрыть две толстые пачки денег, завернутые в газеты, не приходилось. А объяснять, откуда деньги!.. Ошейникову стало холодно. Он начал врать. Про жену, которая будто бы ехала с ним, про ключ, оставшийся у жены… Старший лейтенант достал из стола насколько ключей:

— Попробуйте, может, подойдет?

Ошейников свой замок мог бы открыть булавкой. Но сейчас ни один из ключей, конечно, «не подошел». А ломать замок из-за такого пустяка — нет, он не станет…

— Что ж, давайте дадим телеграмму вашей жене. Через несколько часов со встречным поездом привезут вам ключ… Все равно надо телеграфировать, иначе вам еще один билет придется покупать.

Это была все-таки хоть какая-то отсрочка. Может, удастся запутать — и его отпустят в конце концов без осмотра чемодана?

Ошейников старательно перевирал вагон и место. Потом вдруг подумал, что Кацулю будут допрашивать и он все расскажет. Нет, надо указать собственное место…

Чемодан поставили за барьер, «грузина» посадили в камеру, Ошейникова устроили «в комнату отдыха. Оставшись один, он уткнулся головой в подушку: «Бежать! Как можно скорее и как можно дальше!»

Часа через три в линейное отделение милиции принесли телеграмму: Валентины Ошейниковой в поезде не оказалось.

Дежурный послал за потерпевшим в комнату отдыха. Но и «мужа» не оказалось. Лишь часов через десять из Волховстроя пришла телеграмма:

«За чемоданом вернусь сам. Не ломайте. Ошейников».

Начальник отделения покачал головой:

— Вызывайте понятых и вскрывайте. Очень похоже на бегство.

Через полчаса спецсвязь работала с полной нагрузкой.

В Волховстрое местные работники быстро установили, что преступник, ограбивший сберкассу в Мурманске и оставивший деньги в петрозаводском линейном отделении милиции, отправлял еще одну телеграмму — в поселок Медный-1 Мурманской области, Рудный переулок, 16, Яковлеву:

«Валера телеграфам вышли деньги Ленинград главпочтамт востребования встретимся объясню Вова».

В дальнейшем все было просто. Ошейников, уже сутки живший в Ленинграде, у Московского вокзала взял такси и минут через десять вышел у главпочтамта. Минут пять ушло на получение перевода.

А еще через десять минут на нелюдном перекрестие возле Дома культуры связи два встречных парня неожиданно схватили его за локти и кисти, ловко вывернули руки к затылку, а невесть откуда взявшийся пожилой человек мгновенно ощупал карманы, вокруг пояса:

— Оружие при себе? Не носим? Правильно…

Щелкнули наручники, щелкнула дверца подъехавшей из-за угла милицейской машины. Все происходило так, как в кино. Ошейников подумал только, что теперь героя играет он сам.