Вот он дошел до поворота стены, постоял, повернулся и, четко, по-военному отбивая шаг, двинулся обратно. Присмотревшись, Тарас, однако, обнаружил в его ходьбе определенную закономерность. Стоп!.. Майер сделал разворот на девяносто градусов и пошел на сей раз под углом. Отсчитал тридцать шагов и опять развернулся. Сделал еще семнадцать и на этом месте воткнул в землю палку. Тут его что-то спугнуло. Тарас не сразу понял, что именно, и, лишь оторвавшись от бинокля, увидел повозку, въезжавшую во двор. Лошаденкой, лихо размахивая кнутом, правила девчонка. Она подогнала повозку к черному ходу. Из двери тотчас выскочила кухарка и стала помогать девчонке сгружать с подводы бидоны. Ганс Майер тем временем скрылся в сарае.

Тарас спустился с колокольни и помчался в гостиницу. Захотелось поближе рассмотреть ту рыжую… Впрочем, время обеденное, скоро должен вернуться Саня. «Сказать ему или не сказать?» — раздумывал Тарас. С одной стороны, нехорошо что-либо скрывать от капитана, но с другой — о чем толковать? Ни одного факта — сплошная фантазия. Какой-то чужак производит странное впечатление. Ну и что? На то он и калека, контуженный… Но любопытно все-таки, что он там, за сараями, вымерял?.. Нет, надо еще понаблюдать и с выводами не спешить. Ни к чему по-пустому отвлекать Саню, когда у него своих дел по горло.

Когда Тарас вошел во двор гостиницы, повозка еще стояла. Бидоны, уже пустые, лежали в ней на боку. Гнедая тощая кобылка, понурив морду, лениво обмахивалась хвостом. Вид у нее был заморенный. Тарас пошарил по карманам, но ничего подходящего не обнаружил. В роте он частенько подкармливал лошадей хлебом, густо посыпанным солью, — солдатской пайки хватало с избытком, можно было поделиться.

— Отойди от повозки! — услышал Тарас и обернулся. Позади с кнутом в руках в воинственной позе стояла девчонка. Вблизи он ее рассмотрел: рыжие жесткие волосы, причесанные пятерней, щеки, нос густо усыпаны золотистыми конопушками. Даже пушок на обветренных руках отливал желтизной. Рыжуха, как сразу мысленно окрестил ее Тарас, ростом была пониже его. Из-под куцего ситцевого платьица выглядывали острые колени. Подойти к незнакомому парню она, как видно, не решалась, но для храбрости говорила нарочито громко и грубо.

— Что понадобилось? Нечего нос совать. Ты кто?

Зеленые девчоночьи глаза смотрели зло.

— А ты? — в свою очередь спросил Тарас. Боязливость девчонки, прикрытая вызывающей дерзостью, забавляла и льстила. — Я-то тут живу.

— Постоялец, что ли? Да ты, никак, тот самый русский? Сын герр коменданта, да?..

Девчонка исподлобья всматривалась в него, незаметно одергивая подол платья, из которого давно выросла.