Двоих 'лапотников2 сбили сразу, в первом же заходе на цель. Один из них рухнул в Березену, не более чем в километре, около дамбы, а другой взорвался в воздухе, падая на землю в виде трех крупных фрагментов и множества мелких обломков. Третий пикировщик, получив в двигатель пушечную очередь, задымил и резко отвалил в сторону, разматывая за собой черный шлейф дыма, упав где-то среди деревьев на западном берегу.

Остальные самолеты, окончательно сломав строй, торопливо вышли из боя, и неприцельно сбросив оставшиеся бомбы, на полном форсаже взяли направление на запад, уходя на свой аэродром.

Уже в самом конце очень не повезло еще одному: пристроившийся к нему в хвост «ишачок», скорее всего повредил управление рулями высоты. Сбить не сбил, но после этой атаки, немецкий самолет летел как-то тяжело, неуверенно рыская из стороны в сторону. Может и не сможет добраться к себе, навернется по дороге… Только в этот момент я не понял почему наши летчики не стали преследовать дезорганизованного противника.

Уже позже, когда я смог задать этот вопрос командиру этих ребят, мне с сожалением объяснили, что горючего и боеприпасов у эскадрилии И-16 было в обрез, максимум еще на два-три вылета, и когда им пополнят запасы и того, и другого, никто из командиров не имел ни малейшего понятия…

А на земле межу тем шел ужасный бой, до последней железки и капли крови.

Как мне потом сообщил Крейзер, та первая серия авиабомб унесла жизни пятерых бойцов, еще несколько человек были ранены и контужены. После третьего захода добавился артобстрел. На этот раз он продлился куда дольше. Противник как будто, вымещая свою злость за так удачно сорванный авианалет и погибших камрадов, словно старался израсходовать все имеющиеся боеприпасы. Противник непрерывно обстреливал позиции почти сорок минут.

На слух, одновременно работали крупнокалиберные орудия из-за Березины, и более мелкие минометы с плацдарма. Немецкий командир явно сйчас использовал всю имеющуюся в наличии огневую мощь, для того что бы при атаке не было осечки. Ему нужен гарантированный успех.

Такая мощная огневая подготовка наступления противника, конечно же не была безрезультатной.

Мы понесли достаточно ощутимые потери и в технике, и в живой силе.

Практически прямым попаданием снаряда был безвозвратно уничтожен один из легких танков, серьезно повреждена ходовая часть другого БТ. Еще оказался разбит крупным осколком двигатель одного из четырех

Т-28 — снаряд угодил точно под корму танка, рядом с МТО. Экипаж, который предусмотрительно укрылся от обстрела в наспех отрытой щели, смог сразу же потушить вспыхнувший бензин. Сам танк после этого повреждения двигаться самостоятельно больше не мог, только на буксире.