Он просто заказал китайскую еду, и мы пообедали, а потом целый день провели на диване, смотря ужасные фильмы о зомби. Так мы встретили субботу, когда у меня случилась очередная истерика. На этот раз я злилась на себя за то, что так долго отталкивала Риса, ведь я прекрасно понимала, что Чарли отвесил бы мне оплеуху, знай он, как я поступаю. А еще я злилась потому, что не находила в себе сил, чтобы… просто отпустить все к чертям.

В воскресенье я сидела на кровати, пока Рис – в пижамных штанах и с голым торсом – готовил свою портупею и форму к очередной смене. Наблюдая за ним, я сказала, чем собираюсь заняться.

– Завтра поеду в свою квартиру.

Он сидел на полу, наклонив голову, и прикреплял жетон к рубашке, но тут его пальцы замерли, и он посмотрел на меня, изогнув темные брови.

– Зачем? – спросил он.

Я подползла к самому краю кровати и взглянула на него.

– Я хочу… нет, мне нужно разобрать все вещи, которые я привезла из… палаты Чарли. Я просто бросила их в гостиной.

– Может, подождешь немного, и мы поедем вместе? – предложил Рис, покончив с жетоном.

– Я ценю твое предложение, – улыбнулась я, – но все же… этим мне нужно заняться одной. – Иначе говоря, я понимала, что снова разрыдаюсь, увидев все рисунки и безделушки, которые я приносила Чарли. За последние дни я столько раз ревела у Риса на плече, что не хотела, чтобы он снова это видел. К тому же мне нужно было все это отпустить, а потому мне лучше было сначала попробовать разобраться с этим в одиночку. – Теперь у меня в квартире безопасно.

– Знаю, – кивнула я и подогнула ноги. – Но с системой безопасности мне ничего не грозит. Разве мы не за этим ее установили? К тому же как быть, если его так и не найдут?

– Ты можешь остаться здесь навсегда, – ответил Рис.

Я укоризненно взглянула на него.

– Рис, я вряд ли смогу. Мы ведь только начали встречаться, а большинство людей…

– Мне плевать, как поступает большинство. Я люблю тебя. Ты любишь меня, хоть пока в этом и не призналась. – Он разложил портупею на полу, а я с удивлением посмотрела на него. – Захотим съехаться – съедемся. Какая, к черту, разница?

– Я уже представляю, как ты повторяешь это изящное объяснение моим родителям, – улыбнулась я.

Рис быстро поднялся на ноги.

– Думаешь, твои родители не догадываются, чем мы занимаемся, пока ты живешь у меня?

– Уверена, они думают, что мы играем в карты и вяжем шарфы.

Усмехнувшись, он поставил руки по обе стороны от меня и наклонился над кроватью.

– Они знают, что мы при любой возможности имеем друг друга до беспамятства.

– Фу, – поморщилась я. – Они думают, что мы ведем себя прилично.

– Твои родители? – фыркнул Рис. – Да они надеются, что к следующему лету мы уже состряпаем им внука!

– Вовсе нет… – начала я, но тут же застонала. – Возможно, ты прав.