Чтобы найти баланс между эмоциональной нестабильностью и чрезмерной предсказуемостью, надо сейчас сжать свои фаберже в кулак и расставить приоритеты.

Так. Что бы я сама, прежняя Эсфирь Степановна Бузикова, посоветовала в этом случае?

Прежде всего — не волноваться. С такой бурей легко возникающих внутри эмоций — не волноваться. Получилось — замечательно. Не получилось — как-нибудь попробую еще раз или не попробую вообще. Не переживать!

И, конечно, решать ситуации по очереди. Только одну. Не смешивая.

Прежде всего — разобраться в опасной ситуации.

— Ты просветлела, — заметил Грэг, — появилась идея?

— Да, — скромно призналась я, — вспомнила совет одного очень достойного человека.

Мудрейшей дамы, умницы, не очень счастливой в личной жизни, но многого добившейся в работе. И кто сказал, что это неудача? Н-да. О чем это я… Грэг, мне нужна твоя помощь. Посмотришь повестку? Вдруг ты знаешь этого недостойного гражданина, осмелившегося усомниться, что я — Бизо.

— Он идиот, — хмыкнул Грэг. — Никто, знающий вашу семью, не усомнился бы в этом. У тебя на лбу словно семейная печать. Фира, у Бизо все женщины такие.

Я вспомнила тетушек… и с подозрением посмотрела на невинную мордаху Грэга.

Это сейчас был комплимент или тонкое подтрунивание? Конопатое лицо изображало чистейшую и благороднейшую убежденность, смешанную с уважительным восхищением. Вот актер.

Грэг начисто вытер руки. Застегнул темно-синий сюртук, скрывая кровавые следы. Всегда удивлялась, как два-три штриха в одежде могут полностью изменить образ человека. Теперь передо мной стоял не подозрительный сумасшедший и даже не очаровательный хулиган, а серьезный, подающий надежды молодой ученый.

— Доставай свою повестку, посмотрим на этого храбреца.

Я протянула ему гербовую бумагу. Грэг осторожно взял ее двумя пальцами, как будто опасался того, что может быть на ней написано.

— О, — сказал он, вчитавшись в текст, — это можно было предсказать. Тебя обвиняет мистер Козо, очень дальний родственник, пятая нога у драконьей тени. Но в связи с твоим приездом предыдущая, пусть и туманная вероятность получения им наследства пришла в абсолютный дым. Вот он и бесится.

Он покрутил повестку в поисках дополнительной информации, ничего не нашел и вернул мне документ.

— Ты вообще можешь не приходить в суд. Мистер Бизо направит адвоката, тот решит ситуацию. По наследству часто судятся, это в порядке вещей.

Значит, в этом случае мое поведение ни при чем. Я облегченно выдохнула. И Грэг, заметив, с сомнением покачал головой.

— Не все так просто, Фира. Суд не опасен, зато сам истец удивительно пренеприятный тип, назойлив и нуден до омерзения.

Рыжий содрогнулся всем телом. Для него, убежденного веселого разгильдяя, нудные люди казались чем-то ужасным и пугающим.