Впрочем, о чем именно, можно и не гадать.

— А Шарля — его вот буквально два дня назад убили, — донеслись до меня слова, произнесенные голосом, который я совершенно не ожидал услышать.

— Да ладно, — пробормотал я себе под нос и шустро сбежал по ступенькам вниз.

Это была Магдалена! Та самая, которая, если верить словам Агриппы, скоропостижно утонула в болоте… Этом… Как его… Нифлейском. Точнее — в болотах, так он говорил, хотя это не столь принципиально. Главное — не утонула она, вон стоит себе, про смерть Шарля Лекока рассказывает. Потрепанная, как и все остальные прибывшие, на щеке — подсохшая глубокая царапина, правая рука — на перевязи.

Но живая.

И чего теперь? Опять все по новой, мне снова придется думать, как ее убить? Причем теперь мне этого совсем уж делать не хочется. Раньше меня останавливал тот факт, что она одна из нас, а теперь мне еще и с ее нанимательницей дело иметь неохота. Ну да, Эвангелин оказалась не Эвангелин, но все равно, ну его. Все они, магессы в возрасте, похоже, чокнутые.

— Разбойники, — дополнил ее слова Мартин, при этом у него дернулся глаз. — Главное — всегда эта дорога спокойная была, сроду там никогда никто не пошаливал.

И на тебе, сначала из арбалетов жахнули, в Шарля сразу три болта попало, он первым ехал, а потом на нас поперли, пришлось драться, еле отбились. Причем даже тело с собой увезти не удалось, мы десятерых уложили, но к ним подмога подоспела, в лесу такие вещи всегда издалека слышны — кусты трещат, да и перекрикивались они. Мы — руки в ноги и ходу оттуда. А что сделаешь? Тем более что и потрепало нас изрядно, Магде по руке саблей прошлись, Михаэлю вон бок пропороли. И все равно, такой сволочью себя чувствую до сих пор из-за того, что тело пришлось там оставить… Словами не высказать.

Однако знакомый подход к делу у разбойничков. Уж не из-за нас ли Мартину и его группе перепало? Паромщик тогда говорил, что атаман смерть сына не спустит.

— Совсем герцоги обленились, — подал голос Гарольд. — Столько этой погани в лесах развелось — ужас.

Мартин вскинулся было, думая, что Монброн его поддеть хочет, но неожиданно для себя наткнулся на понимающий взгляд и совершенно серьезное лицо своего давнего противника.

— Мы Ромула так же потеряли, — пояснил мой друг, верно расценив поведение простолюдина. — Правда, еще весной и далеко отсюда, у паромной переправы через Стийю. Ну и тело мы забрали и похоронили потом, но это нам повезло просто, успели до того, как нас по новой прищучили.

— Привет, Эраст. — Магдалена заметила меня и помахала мне здоровой рукой. — Ты чего на меня так смотришь, будто покойницу увидел?

— Вас так долго не было, что мы все уже засомневались, живы ли? — запнувшись, ответил ей я.