Крячко, как бы не слушая, продолжал камлание:

— Полиция и ФСБ на усиленном режиме, проверяют пакетики с соком и сигаретные пачки, а тут кто угодно ходит над стратегическим сооружением…

Старожилы явно недопонимали, чего это варягов так восхищает или возмущает:

— Так последние лет тридцать ходят. Привыкли. Это самый быстрый и удобный путь от железнодорожной платформы до дома. Иначе люди были бы вынуждены добираться в объезд на автобусах, а это траты времени…

— Это железный аргумент, — вежливо, но не без сарказма поддакнул Гуров.

Он вспомнил, как главу Рокотова потрошили всем народом — не потому ли, что прошел слушок, что этот возмутительный мост наконец прикроют?

— Все, все, — призвал Стас к порядку, — в самом деле, не наша печаль.

В данном случае от крупномасштабного шухера с просеиванием народа по обе стороны канала нас избавляет лишь то, что сто граммов тротила — это ни о чем. С таким объемом теракт не устроишь.

— Станислав Васильевич, мы обязательно вернемся к этому вопросу в свое время. Теперь давайте сосредоточимся на нашей операции. Итак, просеиваем только тех, кто обычно ходит по той же дороге, которой следовала гражданка Романова.

По эту сторону канала, — уточнил он, подняв палец, — ясно?

Те подтвердили, что вполне.

— Следующий момент — военкоматы. Это, господа, возьмете на себя вы.

У стажеров, к которым было адресовано данное задание, заметно вытянулись физиономии. Видимо, надеялись на какое-то особое сверхзадание, которое позволит раскрыть им свои сверхталанты. Старый же полковник бессердечно развеял эти чаяния:

— Шагайте в горвоенкомат, истребуйте списки всех жителей поселка, которые проходили или проходят службу, служат по контракту, задействованы в СВО.

Интересуют все люди, которые имели дело с взрывчатыми веществами. Еще раз повторяю: всех. И те, которые в настоящее время проживают в Мокше, и выехавшие куда-либо. Особое внимание обратить на тех, которые в настоящее время находятся именно на службе, и приезжавшие на побывку. Далее схема такая же: после того, как списки будут сформированы, будем каждого проверять на причастность… вопросы?

Таковых не оказалось.

— Если все ясно, приступайте.

Опера и стажеры удалились. Крячко, отлучившись в уборную, вернулся и спросил:

— Лева, это ты Зубкова вызывал? На что?

— Я его вообще не вызывал, — возразил Гуров, — а что, сидит?

— Да вот он.

 — И полковник, демократично посторонившись, пропустил в кабинет участкового.

Крячко, глянув на коллегу, чуть заметно подмигнул, сказал: «Я за минералочкой». И ушел.

— Я к вам пришел, — сообщил Зубков.

— Хорошо, только что так поздно? Я, признаться, думал, что ты сам себя на планерку пригласишь.

— Я в группу не вхожу.

— С каких это пор тебя это останавливает? — проворчал Лев Иванович.