Те же, кто остались, незаметно разбрелись по разным сторонам: кто-то начал разводить огонь в камине, кто-то нашел себе собеседника для глобальных обсуждений беспорядка в мире, кто-то пошел покурить… Вот так и получилось, что мы остались с Мишей почти наедине.

Наверное, впервые за весь вечер я посмотрела на него так открыто. Уставилась словно завороженная, хотя скорее задумчиво, будто в транс вошла, и мгновение замерло. На ухо ему присел напившийся Ваня, который на фоне собранного собеседника смотрелся просто в стельку. Миша вообще казался мне темным принцем, случайно попавшим на этот вечер. Хотя он легко поддерживал всеобщее настроение, не молчал за столом, но все равно… Был заметно сдержан, спокоен и сосредоточен.

Внезапно теплый спазм прошел в животе, и я тихо вдохнула, уводя взгляд в пространство. Так всегда происходило, когда смотрела на него. Кажется, это стало символом моих чувств еще со школы.

Внезапно карие глаза Миши перехватили внимание, которое я вернула на него, и дыхание затаилось. Только я не стала прятаться. Осмелела от алкоголя? Скорее поверила в свои убеждения: я – отдельная часть. Так чего мне стесняться?

Кстати, он тоже не стеснялся. Миша в принципе никогда не стеснялся. Смотрел без сомнений, без спроса пролезая в самую душу своими красивыми глазами, очаровывая меня так… что казалось, мир вокруг пропадал.

Словно в каком-то кинофильме, зажигательный мотив песни, заливающий зал, плавно сменился грустной мелодией. И она пропитала меня мгновенно. Пронзила переливом тонких нот, пробралась в запретную глубину и заставила ощутить горечь.

Мое дыхание начало сбиваться… Болезненный ком неожиданно встал в горле, но тут над моим ухом вдруг разнеслось:

– Пойдем потанцуем?

Это сразу помогло очнуться и прервать странный контакт. Я вскинула растерянный взгляд на Вадима, который загадочно щурился, словно читал мои мысли.

– Пойдем, – вдруг бесцеремонно настоял он, накрывая мою руку. – Ты опять начинаешь грузиться.

Его заговорщический голос и участливая улыбка подтолкнули меня улыбнуться в ответ. Переключиться, откликнуться без всяких сомнений, когда он обхватил ладонь крепче и потянул, помогая мне встать с дивана.

Быть может, я испытывала долю неловкости, но Вадим увел меня в танец уверенно и легко. Хотя, вообще-то, это сложно было назвать танцем… Мы с ним в основном переговаривались и дурачились. Где-то внутри я даже поймала себя на мысли, что в будущем брат Оли мог бы стать моим близким другом. У меня никогда не было друзей среди парней. В основном из-за того, что рано или поздно дружба их перерастала в симпатию, а я не хотела никого обнадеживать, потому держалась подальше. Но здесь явно было то самое исключение.