У меня раскалывается голова, гудят ноги от высоких шпилек, и очень хочется, чтобы к ужину я была более-менее в норме. Один час уделяю сну, пока меня не будит стук в дверь. Но я рада что разбудили, хочу подольше полежать в ванной, потом надо тете Даше набрать, я обещала рассказать ей как устроилась. Так приятно, что она волнуется за меня.

— Можно? — вопрос задан на английском, в дверь робко заглядывает горничная.

— Да, конечно, — отвечаю по-немецки и девушка тоже переходит на родную речь, улыбаясь.

— Ваш босс просил передать, что вместе с отелем оплачены услуги массажиста.

Это хорошо расслабит, если вы устали.

Действительно мышцы плеч просто каменные, поэтому с радостью соглашаюсь, тем более раз это входит в стоимость.

После замечательного массажа я как заново родилась. Полчаса лежу в пенной ванной, чувствуя себя настоящей принцессой, настроение замечательное. Воткнув в уши беспроводные наушники подпеваю задорному каверу песни Мелани Мартинес «Pity Party», разбираю вещи, пританцовываю одном белье и с тюрбаном на мокрых волосах, которым покачиваю в такт музыки.

Вдруг кто-то касается моего плеча, резко дергаюсь, оборачиваюсь, крик дохнет в горле.

Вылетает лишь слабое сипение. Горящие глаза прожигают меня насквозь, и я обхватываю себя ослабевшими от шока руками.

— Что вы себе позволяете? — пищу сдавленно, глядя на своего босса. Кажется, я готова упасть в обморок впервые в жизни.

Вот только белье на мне самое простое, хлопковые белые танго, скромный закрытый бюстгальтер. Но под горящим взглядом Тимура, даже кое-как прикрывшись упавшим с головы полотенцем, чувствую себя голой.

— Ч-т-то в-вы… — начинаю заикаться от пережитого ужаса.

— Б***дь, да успокойся ты, — рявкает на меня Юсупов.

Он выглядит крайне раздраженным. — Я стучал минут пять. Никто не открывал, я решил, что тебя нет, но мне нужен документ по сегодняшней сделке. Позвонили партнеры, надо внести изменения. Думал, ты на массаже.

— У вас есть ключи от моего номера? — спрашиваю ошеломленно.

— Да у меня есть ключ, но не надо так смотреть. Я не собирался вламываться к тебе. Ты не отвечала, а мне нужно было срочно. Конечно стоило позвать горничную, но я был уверен, что ты на массаже. Слышишь? Отомри уже. Никто не собирается тебя насиловать.

— Какой конкретно документ вам нужен? Может, хотя бы отвернётесь? — добавляю голосом, который становится все тоньше. Слово «насиловать» красной лампочкой мигает в ошеломленном сознании. — Да, имейте в виду, я не готова ни к каким дополнительным… предложениям, — добавляю как можно тверже, снова вспомнив рассказ сестры.

— А к каким предложениям ты готова? — оскаливается в ответ Тимур, внимательно следя за моей реакцией. Под его тяжелым взглядом абсолютно теряюсь, язык прилипает к небу.