Я даже не понимаю, откуда он взялся — мы же предохранялись. Я смотрел на него и понимал, что это не может быть правдой, это какой-то сон, бред — я просто увлекся девушкой, мне было интересно, ново — и вдруг, ты моргнул — а она стоит рядом и держит на руках…

Винсент залпом допил остатки вина, поморщился, даже зажмурился.

— Он казался мне таким уродливым, — сдавленным голосом сказал Винсент. — Неправильным, неприятным — я не смог заставить себя даже прикоснуться к нему. Это маленькое жалкое существо, которому была пара дней от роду, разрушило мой идиллический мир, в котором все всегда было на своих местах, упорядоченно, красиво.

У него по щеке скользнула прозрачная слеза, вторая повисла на ресницах. Винсент моргнул, стер ее. Долил себе в бокал остатки вина.

— Я просто уехал, — сказал он. — Оставил их, оставил все деньги, что у меня были, и сбежал. Каждую неделю присылал Марте деньги, хотя она не просила — а потом, через пару месяцев, она сказала, что больше не нужно. Что Пьер умер. Задохнулся во сне — а она не услышала.

Майкл протянул руку, взял его за плечо. Погладил, не зная, что тут можно сказать.

— Я не мог перестать думать, — сказал Винсент, — у меня все время крутилось это в голове — что, если это было не так, что, если это я толкнул ее… Если она не справилась, оставшись одна, если она из отчаяния, из беспомощности… Меня ужасало, что я думаю о ней так!.

. Что мне вообще приходит в голову эта чудовищная мысль! Но что, если я был виновен в том, что толкнул ее на убийство? Я должен был что-то сделать. Забрать их. Здесь были врачи, больницы, можно было помочь им. Она была там одна!..

Майкл молча подвинулся ближе, притянул его головой к себе на плечо.

Винсент судорожно вздохнул, глотая вино.

— Ты ничего не знаешь о ненависти к себе, — сказал Винсент, не отстранившись. — О трусости. Об ошибках, которые никогда не исправить.

— Ты хороший человек, — вполголоса сказал Майкл, обнимая его двумя руками. — Мне очень жаль твоего сына. Но ты спас Джеймса.

— Не нужно меня утешать, — пробормотал Винсент.

— А я и не утешаю, — сказал Майкл. — Я просто хочу сказать то, что давно должен был.

Винсент молчал, не возражая. Хотя если бы возразил — Майкл, наверное, велел бы ему заткнуться и помолчать.

— Спасибо за Джеймса, — негромко сказал Майкл.

 — Без тебя его бы сейчас не было. Спасибо за то, что нашел его. За то, что был с ним. За то, что любил его. Спасибо за то, что спас меня от этой вины — если бы он умер, я не смог бы с ней жить. Ты спас нас обоих. Подумай теперь о себе. У тебя герань дохнет. Герань — это же монстр. Ее в чулан запрешь на полгода, откроешь — а она цветет. С ней шутки плохи. А у тебя — дохнет. Поливай ее хоть раз в год.

Винсент фыркнул от неожиданности, вырвался из рук. Вытер покрасневшие глаза.