А вы Давид Матвеевич?

Глядя снизу вверх на потенциального заказчика, раздумываю над тем, а не поспешила ли я вызывать шефа? Крамер не выглядит злостным маньяком. Скорее наоборот. Хотя внешность вещь обманчивая.

— Угадали. Проходите, Мария.

Крамер развернулся и пошел к своему столу, нисколько не сомневаясь, что я последую за ним. Кабинет у порноимператора нереально просторный, с панорамным окнами, совсем не напоминает, в отличие от офиса, музей интим-товаров. В помещении нет ничего, что указывало бы на то, каким видом бизнеса занимается его хозяин. Все смотрится очень дорого, но не сказать, что очень современно, заметно, что хозяин кабинета придерживается классического стиля.

Крамер садится в большое кожаное кресло и вольготно там располагается, откинувшись назад, а я, подобрав сначала сумку с документами, прохожу и скромно присаживаюсь на краешке стула для гостей. Тянуть время, надо тянуть время.

— Итак, значит, Мария, — вкрадчиво произносит Давид Матвеевич, задумчиво постукивая пальцами по деревянной столешнице и гипнотизируя меня взглядом.

— Да, это я, — зачем-то подтвердила. Страх перед Крамером прошел, но некоторая нервозность не пропала.

нетепраийвилальнетоду у нетаийс склаийдываийетется беседаий.

— Предложить вам услуги нашей компании по доставке товара из Китая и других стран, — проблеяла я, мысленно ругая себя, что говорю недостаточно уверенно. Поговоришь тут, когда на тебя давит взглядом и вводит в смятение одним своим видом порноимператор.

Крамер хищно улыбнулся.

— Хорошо, предлагайте… ваши услуги.

— Не мои, — нервно поправила. — Нашей компании.

— Я именно это и имел ввиду, Мария.

Заметно, что император развлекается, вовсю наслаждаясь моим смущением.

В очередной раз вздохнула поглубже, достала из сумки документы и буклеты и начала, наконец, деловой разговор, вмиг забыв обо всем остальном. Так всегда. Как только дело касается непосредственно работы, я становлюсь профи, забывая о каком-либо стеснении и страхе. Меня словно отпустило. Вдохновенно вещаю Крамеру о преимуществах работы с моей компанией. Буквально чувствую, как спина выпрямляется, голос становится все увереннее и увереннее. Мысли больше не путаются, объясняю все четко и ясно, заманиваю небывалыми скидками и специальными предложениями. Взгляд Давида Матвеевича по мере моего выступления тоже меняется, становясь из насмешливого задумчивым. Постоянно ловлю этот задумчивый взгляд то на своих губах, то на волосах, а в последний раз поймала его у себя на груди. Да, видимо, Крамер усиленно думает о моих услугах.

Речь свою я закончила, уложившись, как и репетировала, ровно в одиннадцать минут — именно столько я дала себе времени из обещанных пятнадцати минут, чтобы точно все успеть.