Мальчик вцепился в меня крепко-крепко, отрицательно покачал головой и четко и твердо произнес:

— Ну вот видишь, пап. Я все могу понять. Но он, в конце-концов, твой внук, свой выбор сделал, смотри, заговорил еще к тому же и маму уже себе подобрал.

— Мама эта — непонятно кто, подстилка небось. У Матвея всего одна настоящая мать, а этих можно хоть пачками мальчику нагнать, пусть выбирает любую. Он еще маленький, все забудет, — цинично говорит, по всей видимости, Крамер-старший.

— Это может быть, но ты и отца Матвею, что ли, тоже будешь подбирать? При живом-то и любящем?

— Давид! Ты знаешь ситуацию.

— Знаю. Я вообще много чего знаю.

Порноимператор, так и не сняв свою маску, разворачивает меня лицом к себе, наклоняется и тихо произносит на ухо так, чтобы слышала только я:

— Маш, ну что застыла, иди уже отсюда скорее. Я тут разберусь. И мои вам с Вовой поздравления, — между мной и Матвеем Крамер незаметно впихнул бумаги из поликлиники.

Мне повторять не надо, рванула от машины домой со всех ног. Позади слышу возмущенный крик Матвея Крамера:

— Ты ее знаешь?! Что за…

Мужчины в масках нехотя расступаются передо мной. Вбегаю в пустынный двор — наверняка все предпочли скрыться в доме. Вдали слышу спасительный звук полицейских сирен. Кто-то все-таки вызвал полицию. На пути вижу лежащего на дороге в луже крови и тяжело дышащего Коуча. Наклоняюсь, подхватывая на руки как можно осторожнее и щенка. Матвей мне помогает держать собаку. Тяжело. Пес немаленький, но оставить его здесь одного не могу.

Наконец-то вхожу в подъезд и в лифте сажусь вместе с родным грузом на пол. Неужели все кончилось? Когда лифт на последнем этаже открывается, возле него почему-то стоит наш взволнованный повар. Федор нервно заламывает руки и без конца причитает. Мужчина тут же помогает мне встать, забирает из рук Коуча, пытается взять и Матвея, но мальчик вцепился в меня клещом и ни за что не желает отпускать.

— Я сама донесу, — произношу я и вместе с Матвеем, поваром и щенком добираюсь до квартиры, где мы тут же запираемся на все замки. Только в этот момент позволила себе судорожно вздохнуть и по-настоящему поверить. Все. В безопасности. Матвей со мной. Но расслабляться и лить слезы рано.

— Где все? — твердым, я бы даже сказала, стальным голосом спрашиваю у повара. Где все, когда они так нужны.

Я и Матвей все в крови Коуча. Состояние то еще. Села прямо на пол. Одной рукой успокаивающе глажу по спине Матвея, а другой собаку. Коуч все еще дышит. Надежда есть. Только из-за крови, вымазавшей почти всю шерсть, не могу понять, где ранение.

— Так вас побежали спасать. Сейчас, наверное, их полиция допрашивает или преступников ловят.

— Угу, замечательно просто.

Надеюсь, скоро все вернутся, можно и в компании с полицейскими.