Портальных карт на Нефдовское у неё больше нет. На лыжах сюда добираться минимум полтора часа, а то и больше, зависит от наличия набитой дороги или лыжни. Если придётся пробиваться через целину, то тут и все четыре понадобятся.

Я наконец вспомнил где нахожусь, и чертыхнувшись использовал предвидение. Всё же хорошо, что я в последнее время уделяю много внимания тренировкам со своим умением. Я толком даже не осознал, что именно увидел, и не успев ещё толком обернутсья выбросил назад руку, активируя «Щит». И тут же всё вокруг меня окуталось оранжево-алыми всполохами, а в уши ударил оглушительный рёв пламени.

Как оказалось защита у меня слабая, а потому только двигаться! И нет, я не подумал об этом. На мысли вообще не было времени. Я инстинктивно бросился прочь. Не услышал, но ощутил, что матушкин «Щит» на шестнадцать единиц осыпался продержавшись не больше трёх секунд. А затем начал стремительно таять уже мой «Панцирь». Он успел просесть в половину, когда я активировал следующую карту «Щита», и следом матушкин «Панцирь».

Я не выжил бы, если до выложенного из кирпича колодца оказалось бы дальше хоть на пару сажен.

Когда я укрылся за ним от очередного «Щита» не осталось и следа, матушкин «Панцирь» истаял, а мой просел до последней единицы. Мало того, хотя напрямую пламя на меня не воздействовало, его ревущие языки обходящие каменную преграду раскалили воздух настолько, что моя рунная защита продолжала таять, и в результате разрядилась полностью. Но я всё же успел активировать матушкину карту. Очередной «Панцирь» если выстоит продержится всего-то около часа, но мне ведь дольше и не нужно. Я это знал точно, задействовав своё умение на все четыре секунды предвидения.

Наконец рёв пламени прекратился, и я вскочил на ноги, посреди чёрной и горячей проплешины. От снега на довольно большой площади не осталось и следа, да чего уж там, даже земля высохла, пламя испарило всю влагу и выжгло траву. Кладка колодца с противоположной от меня стороны оплавилась. В лицо так и пышет жаром, как от большого пионерского костра. Застал я такие.

Ну и местами огонь всё ещё пылает. Твари используют, если можно так выразиться, природный напалм. Ну не знаю я как его ещё назвать. К слову, из желёз огнедышащих экземпляров алхимики создают какую-то мощную взрывчатку.

Так что, ценятся они высоко, хотя трофей довольно редкий.

Передо мной, в двадцати пяти саженях над землёй висела крупная виверна. Она беспрестанно махала своими большими кожистыми крыльями, оставаясь на одном месте и сверля меня яростным взглядом.

Как два пальца об асфальт

Виверна зависла на высоте в двадцать пять саженей над землёй, расстояние же до неё составляло все сорок. Я не мог дотянуться до цели даже с помощью карт матушки.