— Ещё раз прошу меня простить, сударь, — вновь поклонился он.

— Ты не сможешь мне помочь, мне необходимо переговорить непосредственно с хозяином.

— Извольте обождать.

Он кивнул второму продавцу, мол, побудь тут один, а сам вышел в дверь, ведущую в подсобные помещения. Вскоре он вернулся в сопровождении ещё одного мужчины средних лет.

— Управляющий магазином, Топорков, чем могу быть полезен, сударь.

— У меня имеется предложение, как можно увеличить точность ваших ружей минимум вдвое, а то и втрое, — решил я слегка приоткрыть причину своего появления.

Всё только начинается

— Никита Григорьевич, — окликнули меня, когда я уже был готов открыть дверь подъезда.

Если бы я использовал свою способность, то сумел бы это предвидеть, но невозможно постоянно пребывать в состоянии раздвоенного сознания, или как там это правильно называется. Мозг попросту закипает и я начинаю путать настоящее с будущим, пусть разрыв всего-то в пару секунд.

Это как… Ну не знаю. Словно двойное изображение, или асинхрон аудио и видеоряда. Конечно к этому можно привыкнуть, но у меня пока получается плохо, и слишком долго я пребывать в таком состоянии не могу.

— Елена Владимировна? — искренне удивился я, выпуская дверную ручку.

А как не удивляться, когда уже довольно поздний час, на город опустилась ночь, а на улицах горят газовые фонари. Признаться так себе освещение, от которого больше теней и сумбура. Впрочем, это я придираюсь, сравнивая с моей прошлой жизнью и исходя из того, что постоянно пользуюсь рунами «Кошачьего зрения». Простецы вполне довольны и называют это достижением прогресса.

— Я ожидала вас, — приблизившись ко мне, произнесла она.

— Я догадался. Вот только ума не приложу по какой причине я вам понадобился. Впрочем, расскажете по дороге.

— Странный вопрос. В пансион конечно же. Я вас провожу.

— Признаться в мои планы не входило беспокоить вас, я… Что это? — оборвала она саму себя, глянув на мою руку.

— Моя карта связи. Матушкина работа, дотягивается до семисот пятидесяти вёрст. Берите, и больше не придётся компрометировать себя, поджидая меня возле дома.

— А может я и не против быть скомпрометированной, — убирая карту в колоду на поясе, с улыбкой произнесла она.

— Зато я против, — направляясь к перекрёстку, возразил я.

Тут неподалёку имеется пятачок, где собираются извозчики. Опять же, поймать пролётку на больших улицах куда проще, чем на второстепенных. Идти же пешком, откровенно не хотелось. И причина тут вовсе не в усталости, «Выносливость» рулит, так что я бодр и полон сил. Просто лень, и не хочется терять время на пешую прогулку.

— Итак, чем обязан, Елена Владимировна?

— Я слышала о вашем поединке с Даудовым.