Попутно ее охватило сожаление, что нельзя прямо сейчас закружиться по набережной. Время еще не позднее, едва пробило десять вечера, однако людей на улицах считай и нет. Так что свидетелей такому поведению будет немного, а может, и вовсе не сыщется. Но нельзя. Приличия не позволяют. Молодым особам пристало плясать и кружиться только на ассамблеях или в танцевальных залах, с учителем.

– Я просмотрел все книги, Анна, – переводя взгляд на сестру, идущую с ним под руку, строго припечатал он.

Последовав просьбе сестры, пожелавшей прогуляться на свежем воздухе, князь отпустил карету с кучером. Опять же белая ночь, навевает особый настрой. Блажь? Она, родимая. Но с другой стороны, нельзя не признать, что идея понравилась и ему самому. Анна успела натанцеваться от души, а Ивану пришлось практически весь вечер простоять, ведя беседы. Так что размяться совсем не помешает.

– Ну и хорошо. В кои-то веки решил поинтересоваться делами. Может, все же займешься хозяйством. А то ведешь себя как недоросль какой, – с намеком и даже нажимом произнесла девушка.

– Что «Анна»? Пока жив был батюшка, ты все время учился, и близко не подходя к хозяйству. Женился, оставив жену в отцовском доме, и опять весь в учебе, только наездами и бывал. Батюшки нет уже два года, твоя учеба в университете закончилась, от службы ты освобожден, но домой не спешишь. Ведешь себя как ветрогон. Сплошные разъезды, исколесил всю губернию, карты, женщины… Да-да, я знаю все о твоих похождениях. Хорошо хоть Елена в неведении. Но ведь найдется какой доброхот, обскажет. А она, видит бог, этого не заслуживает.

– Не уводи разговор в сторону. Ты знаешь, что за утаивание доходов могут привлечь к суду?

– Разумеется, я это знаю, – с явным сарказмом произнесла девушка. – Ведь это я с десяти лет бегала за батюшкой хвостиком, а с шестнадцати взяла на себя заботу об имении. О твоем имении, между прочим. Так что в этих делах я разбираюсь куда лучше тебя. Погоди… А к чему ты лазил по учетным книгам? Ты проигрался! – Вовсе не вопрос, а догадка или даже озарение, ну и гневный взгляд, куда же без него.

– Что за вздор, – отмахнулся Иван.

– Вздор? Ты же сам говорил, что тебе везет в игре и тех выигрышей тебе хватает и на жизнь, и на твои исследования, оттого и не пользуешься доходами от имения. Вот только ты ничего не исследуешь, а эта капризная античная богиня по имени Фортуна имеет свойство отворачиваться от своих почитателей.

– Нет. Я не проигрался. И в твои учетные книги…

– Ах вот как! Мои, значит?! – возмущенно оборвала брата княжна. – Тебе опять напомнить, чье это имение? Да мое там только то, что ты посчитаешь нужным дать в приданое.

– Господи, ну в кого ты такая уродилась? И батюшка, и матушка были спокойными и степенными, ты же подобна вьюге или взорвавшемуся пороху.